Глава 9

В эту ночь Анна спала спокойно. Обещания следователя помочь ей, подействовали на неё успокаивающе.

Уже под утро она резко проснулась от настойчивого жужжания мобильника.

Анна почувствовала неимоверное волнение. Для нормального звонка было ещё рано. Она даже не удивилась, услышав голос Жнецова.

– Вы его нашли? – голос Анны дрожал.

– К сожалению, я думаю, да…

Анна сразу поняла, что случилась беда.

– Где он?..

– Вы подъезжайте сегодня часам к десяти к нам в отделение, – Жнецов замешкался, было видно, что эти слова ему довались нелегко, – на опознание.

Раздался приглушенный вскрик Анны, а потом удручающая тишина.

– С вами всё в порядке? – голос Жнецова звучал участливо.

Анна ничего не ответила.

– Знаете что, – заволновался Жнецов, – я сейчас к вам приеду.

И снова в ответ молчание.

Жнецов бросил трубку и заторопился. Он и сам не понимал, зачем это делает. После тяжёлой бессонной ночи, ему больше всего хотелось поспать хотя бы часочек. Он был следователем по особо важным делам, и в его обязанности вовсе не входила забота о родственниках погибших.

Уже подъезжая к дому Щербаковой, он засомневался в правильности своих действий. Что он вообще себе надумал? Да… эта женщина возбуждала в нём очень неоднозначные чувства. Но он прекрасно понимал, что думать о том, что между ними могут завязаться какие-либо отношения, было полным бредом. И на это было множество причин. Во-первых, у Щербаковой был муж, пусть даже и мерзавец. Во-вторых, она была на десять лет младше. А в-третьих, она была птицей не его полёта. Да и не хотел он вовсе никаких серьёзных отношений. В свои тридцать восемь лет Жнецов был убеждённым холостяком, легко завязывая короткие связи с красивыми женщинами, и так же легко с ними расставаясь.

Решив, что раз уже он тут, то всё же зайдёт и убедится, что со Щербаковой всё в порядке, Жнецов позвонил в дверь. Ему открыли, ничего не спрашивая. Он поднялся на нужный этаж и снова позвонил.

Анна открыла дверь. На её лице застыла маска непроницаемости. Жнецов вдруг подумал, что эта женщина не такая уж и слабая. Он ожидал увидеть её заплаканную, убитую горем, а перед ним предстала королева хладнокровия. Он ещё раз пожалел о том, что нёсся сломя голову через весь город, стараясь спасти и утешить одинокую женщину. У него в голове даже пронеслась мысль, что, может, Щербакова всё же неплохая актриса, и затеяла с ним непростую игру. И кто его знает, кто в этой игре жертва, а кто пострадавший?

Он чувствовал себя полным идиотом, стоя перед ней.

Анна молчала, смотря на следователя отрешённым взглядом.

– Я просто хотел убедиться, что с вами всё в порядке, – неловко произнёс он.

Анна ничего не ответила. Она развернулась и прошла в квартиру, оставив дверь открытой.

После некоторого замешательства, Жнецов вошёл в квартиру и закрыл за собой дверь.

– Гражданка Щербакова, вы где? – в нерешительности позвал он.

Не получив ответа, он прошёл в гостиную. Анна сидела на диване и отрешённо смотрела в одну точку.

Жнецову сразу бросилась в глаза упаковка таблеток, лежавших на журнальном столике. Он взял упаковку и прочитал. Это были успокоительные. Ему сразу стало всё ясно.

– И сколько вы их выпили? – строго посмотрел он на Анну.

– Теперь уже четыре…

– Вы что, с ума сошли. Зачем так много?!

– Мне было очень больно, а они не помогали, – голос Анны звучал, словно издалека.

– Ах, – отчаянно всплеснул руками Жнецов, – и что же мне теперь с Вами делать?

Анна отрицательно покачала головой:

– Ничего не надо, всё хорошо…

– Ну конечно хорошо, а если что случится, доза то не маленькая.

– Я лягу немного посплю, я что-то устала очень. Мне же скоро ехать на опознание…

– Да, вы полежите, поспите, – засуетился Жнецов. – Вы тут на диване? Я Вам подушку принесу.

Жнецов сбегал в спальню, принёс подушку и заботливо уложил Анну на диван, укрыв её пледом.

– Вы только не уходите никуда, – попросила она, – а то мне страшно.

– Я побуду с вами, – пообещал он, сев рядом.

Анна взяла его руку и слабо сжала.

– Спасибо, – благодарно протянула она, устало прикрыв глаза.

Жнецов ничего не ответил. Чувствуя тепло её руки, он ощущал неимоверное волнения. Ему так хотелось лечь рядом и крепко прижать к себе эту худенькую, ослабшую женщину. Он почувствовал такое душевное тепло, такое желание пожалеть её, заботиться о ней, что было ему вовсе несвойственно. Обычно, женщины возбуждали в нём совсем иные чувства. И это очень испугало Жнецова.

Оглавление