31

— Давай-ка посекретничаем, замполит, — махнул Орлов погасшей сигаретой, и когда Андрей сел рядом, понизил голос. — Давно хочу спросить, Андрей Николаевич? Ты ничего не замечаешь? Тебе не кажется, что слишком много странного происходит за последние дни?

— Что именно? — вздрогнул Шульгин.

— Именно — последний фугас, — тихо ответил Орлов. — Ты когда-нибудь встречал фугас, поставленный в безлюдном месте, на узкой тропе, в полной глухомани? Встречал такие казусы, нет? Учитываешь? Как тебе нравится тихий, забытый Богом уголок, в котором случайно встречается свежезарытый фугас?

Орлов достал из планшета карту, развернул ее и ткнул желтым от табака ногтем в тонкую сеть коричневых линий.

— Хочу отметить, как профессионал. Так точно выставить фугас можно только в одном случае. Сразу догадаешься, замполит? Или подсказать?

— Если у них имеется такая же карта с нашим планом операции, — ответил медленно Шульгин.

— Вот именно, — покачал головой Орлов.

Шульгин неуверенно пожал плечами.

— Все это как-то странно. Но все к этому фугасу лепится. Во-первых, наша высадка на укрепленный валунами ДэШэКа… Нас ждали, это точно. Да еще как ждали, во всеоружии. ДэШэКа установили…

— Во-вторых, — добавил Орлов, — это плато, через которое ты тогда прошел с группой. Вас ждали тоже на заранее укрепленных позициях. Целый дзот с ходами сообщения… Такой дзот за пять минут не соорудишь. А в-третьих, — это мое чутье. Сердцем чувствую подвох. — Орлов потер небритую щеку. — Мне все время кажется, что не мы преследуем банду, а они идут за нами нога в ногу.

Орлов оглянулся по сторонам.

— Постоянный огневой контакт… Словно все камни, по которым мы идем, у «духов» пристреляны, не так ли, замполит? Они как будто знают, где мы будем в следующий момент. И готовят нам одну ловушку за другой.

— Да уж, ловушек хватает на этой операции, это верно, командир. Мы все время попадаем в них. Такое ощущение, что душманы прекрасно знают направление нашего движения…

— Точно, замполит! Мы у них постоянно на мушке. Вот такое кино! Заметь, они ставят фугас именно там, где мы должны пройти по заранее проложенному на карте маршруту. У них, судя по всему, есть точная информация…

Орлов ударил кулаком по планшету.

— Мы настоящие ослы, замполит! И нас тянут на убой на веревочке! Понял?

— Да, очень странно! Странно и непонятно, — покачал головой Шульгин. — Но может ли такое быть вообще? Откуда у них, Алексей, точнейшие сведения? Мы же советские люди! Советские солдаты! Неужели нас кто-то продал?

Орлов подмигнул Шульгину и смял карту рукой.

— А вот это и не исключено. Все продается, замполит. Да, не делай ты страшные глаза! Ты же знаешь, что мы сами покупаем у душманов нужную информацию. Мы же на Востоке, замполит. А на Востоке все продается…

Орлов щелкнул пальцами.

— Мы платим за разведданные соляркой, мукой и даже афганями. Помнишь, в прошлом месяце мы выезжали на точку в Каракамаре? Десять мешков муки и двести литров солярки в кузове, помнишь? Мы тогда купили информацию об установке восьми фугасов на маршруте Файзабад — Кундуз. Шесть фугасов — с точными координатами, а два фугаса мы искали наощупь. Помнишь?

— Помню, — вздохнул Шульгин. — Мы покупаем, потому что здесь все продажное. Но советский человек не продается, Алексей! Мы живем в другой стране. Мы воспитаны по-другому. Советские люди не способны на такое…

— Чепуха! — оборвал Орлов. — Советский человек меняется. Само время меняется. Что-то происходит в нашей армии и во всей стране. Мне кажется, что советское время уже уходит, замполит. Мы с тобой, наверное, последние мастодонты. И нас уже продают оптом и в розницу.

— Этого не может быть, — заскрипел зубами Шульгин. — Я не хочу в это верить…

— Тогда поверь своим глазам, замполит, — рассердился Орлов. — Смотри сюда… Мы сейчас должны идти по этому маршруту…

Он показал ногтем на красную линию.

— Ия готов предсказать место следующей засады душманов. Вот здесь…

Орлов обвел карандашом густое коричневое пятно.

— Здесь рота заходит в ущелье. И здесь от роты останутся рожки, да ножки. Понял… Но только я уже не собираюсь быть ослом, которого тянут на бойню. Пойдем-ка, замполит, проведем маленькую рекогносцировку.

Офицеры, не спеша, поднялись, взяли автоматы и пошли вдоль отдыхающих солдат по узкому гребню высоты.

— Доставай свой бинокль, замполит. Я думаю, что ты поверишь восьмикратному увеличению настоящей действительности.

Они залегли в пожухлой от зимних морозов траве, достали бинокли и надолго приникли к окулярам. Рыжие пашни с рытвинами, темные складки далеких гор… Ничто не выдавало затаившейся засады. Но Орлов прощупывал горы сантиметр за сантиметром и, наконец, облегченно вздохнул:

— Вот, он, красавец…

— Какой красавец? Где? — вскинулся Шульгин.

— ДэШэКа, твою афгано… — выругался Орлов. — И снова в каменной амбразуре. Новый укрепрайон. Даю ориентир, замполит… Россыпь камней на склоне высоты, видишь? Бери влево двести метров. Свежая кладка камней с амбразурой для ДэШэКа. В секторе обстрела крупнокалиберного пулемета все это ущелье. Вот так-то… Десять минут работы, и от нашей роты останется груда горячих трупов.

Орлов перевернулся на спину, ткнул Шульгина кулаком в бок.

— Вам тогда на плато просто повезло, замполит. Вы залегли в расщелину посреди пашни. Удачная складка местности оказалась у вас под задом. А здесь — страшное убойное пространство.

Шульгин окинул взглядом небольшое ущелье, и холодные мурашки пробежали по спине.

— Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться? — раздался сзади горячий шепот.

— Разрешаю, сержант Богунов, — сдержанно ответил Орлов. — Что там у вас!

— Приказ от Первого, товарищ старший лейтенант, — развел Богунов руками. — Немедленно прекратить привал и продолжать движение. Велено передать, что загорать будем в Сочах.

— Теперь все понял, замполит? — невесело спросил Орлов. — Нас гонят на убой…

— Понял, — вздохнул Шульгин. — Но как же так? Неужели, это правда?

— Какая правда? — растерянно спросил сержант Богунов. — Вы о чем, товарищ лейтенант?

— Да так, — отмахнулся Шульгин и повернулся к Орлову.

— Меняем тактику, сержант, — улыбнулся Орлов. — Что ни делается, все к лучшему. Но теперь меняется многое. Теперь не «духи» будут знать, где нас ждать, а мы будем знать, где они нас ждут. И то, что мы — головная рота полковой колонны — просто замечательно. Правильно, сержант?

— Так точно, — выпалил Богунов. — Мы — лучшая рота файзабадского полка.

— И нас не возьмешь голыми руками! Правильно, сержант?

— Так точно! С голыми руками на ежа не сядешь!

Шульгин угрюмо покачал головой.

Оглавление