Любители и профессионалы

Некоторые люди предпочитают посвятить себя одному занятию и достичь в нем почти профессиональных высот. Они склонны смотреть свысока на тех, кто не дотягивает до их уровня. Другие считают более правильным заниматься разными делами, получая максимум радости от каждого и не тратя усилий на то, чтобы стать в чем-то экспертом.

Любительство и дилетантство – эти два понятия используются для обозначения увлеченности какой-либо физической или умственной активностью. В наши дни эти термины приобрели несколько уничижительное звучание. Любителя, или дилетанта, как бы не стоит воспринимать всерьез, он не дотягивает до профессионального уровня. Однако изначально оба этих слова, имеющих латинское происхождение, обозначали человека, получающего радость от того, что он делает. Акцент делался на чувствах, а не на достижениях, на субъективном вознаграждении, а не на уровне развития навыков. Мало что столь же ясно иллюстрирует снижение ценности переживания, как судьба этих слов. В прежние времена поэт-любитель или ученый-дилетант вызывали восхищение, потому что, занимаясь этим, можно было улучшить качество своей жизни. Но постепенно поведение стало значить больше, чем субъективный опыт. Теперь восхищаются только успехом, достижениями, демонстрируемыми умениями, а не качеством опыта. Поэтому слово «дилетант» стало чуть ли не оскорбительным, хотя быть дилетантом означает получать самое ценное – радость от своих действий.

Конечно, любительские занятия наукой могут преследовать недостойные задачи, особенно если человек забывает о своих первоначальных целях. Нечистоплотного человека, который ради собственной выгоды пускается на разного рода уловки, часто бывает трудно отличить от увлеченного своим делом любителя.

Интерес к истории этнических групп, например, может легко превратиться в поиск доказательств превосходства одной нации или расы над другой. Так, идеологи нацизма в Германии обратились к антропологии, истории, анатомии, лингвистике, биологии и философии и вывели из этих наук свою теорию превосходства арийской расы. В эти сомнительные изыскания оказались вовлечены и профессиональные ученые, но начали и вдохновляли их именно дилетанты, и развивалась эта сомнительная кампания по правилам политики, а не науки.

Советская биология оказалась отброшенной на десятилетия назад только потому, что партийное руководство решило применить законы марксисткой идеологии к выращиванию пшеницы вместо того, чтобы следовать результатам исследований. Идеи Лысенко по поводу полезного влияния холодного климата на рост зерновых и передачи морозоустойчивости по наследству понравились каким-то дилетантам в партии – возможно, потому, что они соответствовали догмам ленинизма. К сожалению, политика и пшеница подчиняются разным законам, и деятельность Лысенко привела к десятилетиям голода.

Нехороший оттенок, постепенно приобретенный словами «любитель» и «дилетант», в значительной степени объясняется отсутствием ясного различия между внутренними и внешними целями. Любитель, претендующий на то, что знает не меньше профессионала, скорее всего, заблуждается и исходит из неверных предпосылок. Становиться ученым-любителем имеет смысл не затем, чтобы соперничать с профессионалами на их собственном поле, а затем, чтобы с помощью умственной дисциплины развить свои мыслительные навыки и упорядочить сознание. На этом уровне дилетантская наука может приносить даже больше плодов, чем профессиональная. Но как только любители забывают об этой цели и начинают использовать свои знания для поддержания своего эго или для получения материальных благ, они превращаются в карикатуру на ученого. Если дилетант устремляется в познание, не научившись скептицизму и не освоив навыки критического мышления, составляющие основу научного метода, он рискует стать более нечистоплотным и оказаться еще дальше от истины, чем самый коррумпированный чиновник от науки.

Оглавление

Обращение к пользователям