Глава 8

На вечернюю прогулку Сашка с Жориком прибежали самые первые. Надо было, чтобы парень нагулялся, а то сегодня опять придет Павел, и Жорик завтра все утро будет дарить ему поцелуи.

– Жорочка, мальчик мой, когда ко мне придет Павел, ты как-нибудь учти, что это мой мужчина, – объясняла Сашка своему питомцу все время, пока не пришли подруги с собачками. – И вообще, мальчикам к дяденькам приставать некрасиво. Я бы могла тебе, конечно, рассказать, что о вас подумают, но ты лучше поверь мне на слово. Куда ты все время смотришь? Жора! Там большая овчарка! Я тебе на всякий случай напоминаю, ты не стаффордшир, уяснил? Жорик, загривок положи на место, опусти шерсть на загривке, кому говорю!

Жорка не слушал хозяйку. Бывают такие моменты в жизни мужчин, когда им приходится самим принимать решения. У Жорика это случалось каждый раз, когда он встречал на своем пути большую собаку или кошку. Он мгновенно принимал решение – поймать, ррразорвать врага и защитить хозяйку!

– Нет, Жорик, мы так не договаривались! – ухватила Сашка собаку на руки, беспомощно завертела головой и с облегчением выдохнула – к ним уже направлялась Кира с Виской и Айроном. – Ну вот и Айрон подоспел. Очень вовремя. И если ты, Георгий, ввяжешься в этот рото-овчарочий разговор, я тебя точно… В общем, гулять потом будешь в наморднике!

Овчарка не стала нарываться на неприятности, видимо, была все же неплохо воспитана. Важно прошла мимо Киры и Саши, даже не повернув головы, – смотрела вперед и шагала нога в ногу с хозяином. На собак овчарка даже ухом не повела. Зато Жорик безнаказанно мог высказать все, что думает о таких породах! А думал он… В общем, ничего хорошего, одна нецензурная собачья лексика.

Очень скоро подошли Оксана с Супером, Оля с Орионом, Юлиана с Корой. Даже Арина с Арни сегодня были, они уже получили очередной приз и теперь на некоторое время от выставок были совершенно свободны. Подруги собрались, и Саша тут же рассказала, как прошла встреча.

– Житейская ситуация, – пожала плечами Кира. – Не ценил, не любил, не сберег.

– А может быть, это она его не любила? – не согласилась Юлиана. – Вот как в кино – с одним была стерва, а другой на нее нахвалиться не мог. Мы же всех тонкостей не знаем.

– А я думаю, – здраво рассудила Ольга, – что нам и не надо знать. Зачем людей зря дергать? Между прочим, вмешательство в личную жизнь даже законом не приветствуется.

– Самое главное, – добавила Арина, – ничего там криминального нет. Так что, Саша, ты смело можешь принимать от Павла предложение руки и сердца.

– Ой, Ариш, ну ты сказала! – смутилась Сашка. – Какие предложения? Мы еще и не думали об этом!

– А надо бы подумать, – заметила Кира. – Тебе уже под тридцатник, между прочим.

– Да я вообще тебе удивляюсь! – возмутилась Юлиана. – Ты с Соколовским ходила, о свадьбе не думала, теперь с Павлом – та же история. Пора уже и за ум браться. Надо же и деток успеть родить, сколько можно стрекозой-то порхать?

Сашка вздохнула. Ее подруги – веселые, воздушные, беззаботные барышни – были между тем прекрасными женами, отличными матерями и частенько ругали Сашку за ее такую нерушимую любовь к свободе. И да, в чем-то они были правы. Но решиться на свадебную машину с пупсом Сашка все же не могла.

– Все-все-все! Исправлюсь! – засмеялась Сашка и замахала руками. – Завтра же выхожу замуж!

– Ой, вот все бы ей только хиханьки, – качала головой Арина. – Ну никакой серь-езности.

– Ариша, ты нам зубы не заговаривай, – прищурилась вдруг Кира. – Ты скажи, Арни на выставку поведешь?

Арина вздохнула.

– Поня-ятно, – протянула Ольга. – И чего, мы будем друг с другом состязаться? Я вот, например, не слишком хочу. Арин, а там нигде больше выставок не намечается? Мы б скинулись на вашу поездку, а?

– Ариша! Ну Арни ведь и так уже суперчемпион! – поддержала Оксана.

– Ну, если вы настаиваете, – начала сдаваться неконфликтная Арина, – то мы пропустим одну выставку.

– Четыре! – тут же сориентировалась Сашка. – Нам надо четыре САСа получить, а потом мы чемпионы!

У девчонок вытянулись шеи:

– Ха! Нет, они чемпионы! Еще большой вопрос, кто этот САСа получит! – возмутилась Ольга. – Может быть, вовсе и не Жорик, а совсем даже Орион!

– Девочки, между прочим, мы с Супером тоже идем, – напомнила Оксана. – И Татьяна с Джеймсом.

– Вот Татьяну тоже надо уговорить, чтобы она с Ариной уехала куда-нибудь, – заволновалась Сашка. – Они ж там с Жориком перекусаются вусмерть! Или уж попросить Танино начальство отправить ее во внеочередную командировку?

Павел опять пришел в десять. Взволнованный, с розами.

– Саша, это тебе! – протянул он розы и поцеловал Сашку в висок. – А еще у меня с собой шампанское. Жорик, привет.

Сашка сегодня как-то особенно внимательно приглядывалась к Астурову. Вот и не хотела, а оно само собой получалось. Вот и цветы Павел опять принес. На свои деньги, между прочим, и шампанское… И чего такого, если мужчина любит ухаживать за девушкой красиво?

– Саш, чего-то не так? – насторожился Павел. – Ты на меня так смотришь.

– Да нет, все так, – проговорила Сашка и тут же ляпнула: – Я сегодня у твоей жены была.

– А-а, – протянул Павел и пошел в кухню – наливать в вазу воду.

– А почему ты не сказал, что был женат?

– А разве ты сама не догадываешься почему? – сел он за стол, склонил голову и посмотрел на Сашку долгим, грустным взглядом. – Я не хотел терять тебя, Саша.

Сашка поежилась.

– Ну почему сразу «терять»? Я взрослый человек, я бы поняла. Надо было сказать. И потом… это кольцо… ты же ей его тоже дарил. А потом обратно забрал.

Павел поднялся, подошел к окну и, раскачиваясь с пятки на носок, заговорил:

– Она… она швырнула мне это кольцо прямо в лицо. Я не мог ее оставить. И вообще, Марина – это… Она хорошая женщина, но хотела сразу всего и много. Она совсем не умела ждать. Ей надо было много денег и сразу. А я только открывал свою фирму. Я в этой фирме работал и за продавца, и за… в общем, за всех. Там у меня только один помощник был – Егорыч. И было очень обидно, что вот этот самый Егорыч верит в меня больше, чем собственная жена. Марина не стала ждать. Она начала искать себе более богатого спонсора, и… и я ушел. Она просто…

– И все же, Паша, пусть пока кольцо побудет у тебя, – расстроенно сняла кольцо Сашка и передала его Астурову.

Тот кольцо взял и, аккуратно завернув его в носовой платок, спрятал в карман.

В это время у Павла зазвонил телефон, и он отвлекся:

– Да, мама. Нет. Нет! Я сказал – нет! Я не буду ничего никому предлагать! И пусть все пропадает! Прорвусь!

Он отключил телефон и взволнованно зашагал по кухне, такой высокий, красивый.

– Паша, что-то с мамой? – встрепенулась Сашка.

– Нет, это она по делу звонила, – нахмурился Астуров. – Саш, я…

– Паша, давай выпьем, – предложила вдруг Сашка, чтобы снять напряжение. – Чего ты – зря, что ли, это шампанское принес? Вот я уже и фужеры достала.

Вечер уже совсем стал милым, у Сашки улеглись ненужные подозрения, а Павел перестал хмурить брови, когда в дверях зашевелился ключ.

– Кто это? – удивленно спросил Астуров.

– Это… – Сашка поджала губы. Вот только бы это был не тот, о ком она подумала!

Но пришел Соколовский.

Он ввалился сразу на кухню, чуть хмельной и с большим чемоданом.

– Соколовский! – взвизгнула Сашка. – Ты! Ты совсем с ума сошел?! Я же не одна!

– Ой-й, не буду я смотреть, чем вы тут занимаетесь в моей квартире, – замахал Соколовский. – Чего я не видел? Как вы целуетесь? Эка невидаль! Жорик! Ты только посмотри, что я тебе принес! Я тебе принес… Ты вон туда сядь, подальше, а то я тебя знаю – от радости накинешься, а потом разгребай тут…

Саша и Павел растерянно смотрели на Ефима, а тот совершенно спокойно разделся, а затем вытащил на середину гостиной чемодан, открыл, и… оттуда метнулась голубая молния.

– Во! Жор, ты видел? – восхищенно спросил Соколовский.

Жора видел, потому что тут же залился веселым лаем и кинулся эту «молнию» догонять.

– Соколовский, ты сбрендил? – ничего не понимала Сашка. – Зачем ты притащил кота? Ты же знаешь, Жорка их рвет!

– Это он чужих котов рвет, а это мой кот! – заносчиво заявил Ефим. – Жорик, ты за него головой отвечаешь, понятно? Кис-кис-кис. Ему бы молочка. Козлятина, где у тебя молоко?

Павел ушел на кухню. Весь этот театр Куклачева ему был явно не по нраву, но заявлять свои требования в непонятно чьей квартире он считал неправомерным.

– Соколовский, – вдруг внимательно пригляделась Сашка к коту, – ты где взял это животное? Это же… Паша, ты посмотри, он твоего кота стащил! Соколовский! Да что ж это такое-то?! То ты у меня Жорку воруешь, то кота теперь у Паши!

Астуров вошел в комнату и тоже уставился на кота.

– Бакс? Кс-кс-кс! – Павел изумленно посмотрел на Ефима. – Вы… ты лазил по моей квартире?

Соколовский надменно хмыкнул:

– Я закон не нарушаю, я адвокат, чтоб ты знал. А кот… я просто подумал, что ему будет лучше у меня, чем в подъезде. Соседи говорят, что он вообще на улице мяукал.

– Какие соседи? – ничего не понимала Сашка. – Ты где кота-то спер? В каком подъезде? В моем? Или у Павла?

– Я его просто подобрал. В подъезде! И теперь он будет жить со мной, чего вы прицепились-то? – вышел из себя Соколовский. – И никакой это вам не Бакс. Просто кот. Таких много. Но Бакс мне тоже нравится, пусть будет Баксом.

– Таких немного, – подал голос Павел. – Это породистый кот, экзот. Классический. Я его на выставке покупал.

– А я тебе и говорю: таких на выставке много! – рявкнул Ефим. – Иди вон… молока принеси!

– Их не надо молоком поить, – проявил познания в содержании котов Астуров. – У них специальный корм есть, а молоко – это всеобщее заблуждение.

Сашка побежала на кухню, налила в блюдце водички, отрезала мяса и поставила на подоконник, чтобы Жорик не достал. Неизвестно, какие там специальные корма нужны кошкам и где их брать, а вот от мяса еще ни одна кошка не скончалась.

– Нет, Ефим, ты посмотри, Жорка-то наш совсем на кота не кидается, – удивленно обратилась к Соколовскому Саша. – А на улице – зверь прямо.

– Это потому что мой кот, – отреагировал Соколовский.

– Саша, я пойду, наверное, – уже из прихожей проговорил Павел. – Как-то этот кот больно мне моего Бакса напоминает. Пойду проверю.

– Хорошо, Пашенька, иди. Потом отзвонись, хорошо? – вышла провожать его Сашка и тут же крикнула в комнату: – Соколовский! На выход! Две недели еще не прошло, квартира моя, и топай отсюда! Я спать буду!

Соколовский не стал упрямиться. Он вышел в прихожую, обулся и решительно взял Астурова под руку:

– Ну что, пройдемте, дорогой товарищ, дама почивать желает. Не мельтешите тут у нее перед глазами. К тому же вам надо срочно проверить наличие кота в доме.

Мужчины ушли, а Сашка прошла в комнату.

Кот сидел на диване, а рядом с ним спокойно лежал Жорка.

Нет, ну так спокойно он себя вел только с Баксом. И то – сначала они познакомились как следует, переколотив все горшки в доме, и только после этого Жорик принял Бакса в свои друзья. А здесь… Да и кот подозрительно был похож на Бакса. Хотя породистые коты, они же все на одно лицо. Наверное, даже Жорик принял его за Бакса. Потому что… потому что, если это действительно кот Астурова, тогда получается, что Соколовский и в самом деле зачем-то залезал в квартиру Павла.

Но зачем? И потом, кому как не Ефиму знать, что самовольное проникновение на чужую жилплощадь не приветствуется правоохранительными органами?

От размышлений Сашку отвлек телефонный звонок.

– Алло?

Это звонил отец.

– Александра, дочь моя, какие у тебя планы на завтра? – сразу же спросил он.

– Я еще не планировала завтрашний день, но с утра я работаю.

– И не планируй. Завтра ты с нами едешь на юбилей к Дедкину, – поставил в известность папенька.

– Пап, а я с чего? Я же…

– Это не обсуждается, дочь моя. У меня Володя-водитель на неделю отпросился, а я такси не люблю вызывать. И кто меня домой повезет такого всего юбилейного? Или ты думаешь, что я там чай хлебать буду? В общем, в семь мы с мамой тебя ждем. На твоей машине поедем. Ты ее хоть в мойку загони.

– Она у меня всегда чистая, – вздохнула Сашка.

Ну вот, а она думала, что завтра придет Павел.

– Жора, а ты завтра вечером будешь развлекать нашего гостя. И, Жора, развлекать, а не гонять по всему дому! Кстати, Бакс, предупреждаю сразу: люстра у меня держится на со… В общем, люстра тебя не выдержит, туда даже не запрыгивай.

На следующий день Сашка после работы сразу поехала с Жориком в зоомагазин – нового питомца надо было чем-то кормить. Да и лоток ему бы не помешал.

Нагруженная, она поднималась к себе на этаж и вздрогнула, когда с верхней площадки ее окликнули:

– Девушка, простите, а вы – Саша, да?

Перед ней стояла уже знакомая женщина, это она успокаивала на свадьбе Павла, а потом настоятельно пыталась решить денежный вопрос с неудавшейся невестой. Мама Астурова.

– Да, я Саша, а вы ко мне?

– Ой, я вас уже целый час жду, – торопливо заговорила женщина. – У меня ж к вам такое дело, такое важное, я прямо даже и не знаю, с чего начать.

– Давайте здесь начинать не будем, а сначала ко мне пройдем, – пригласила Сашка.

В прихожую их вышел встречать кот. Жорка тут же облизал своего нового знакомого и радостно завилял хвостом.

– Бася, Басенька, – запела женщина и погладила котика. А потом обернулась к Сашке: – Вы б подумали, куда их пристроить-то? А то с такой оравой разве вас пропустят?

Сашка пока ничего не понимала, но решила, что все надо узнавать по порядку, поэтому в ответ только кривенько улыбнулась.

– Погодите минуточку, я сейчас зверей накормлю, да и нам чай поставлю, а то я только что с работы.

Когда звери были накормлены, а сама Сашка сидела уже за столом, гостья начала:

– Вы уж простите меня, но я мать. Пашина мама.

– Я вас помню, – немного напряженно ответила Сашка.

Кто знает эту мамашу, вдруг ей не понравится, что у ее сына новая пассия?

– Я вот чего хотела сказать, – мялась женщина, но потом все же отважилась: – Вы знаете, Сашенька, Паша мой всего добивался сам. Всего. Ой, я как вспомню, сколько он, бедный, мучился-а! Он тогда был еще на Маринке женат, так та вертихвостка ни капельки ему не помогала! Пашенька-то с утра до ночи на работе, а та… Ей бы только по гостям скакать, не повезло Павлику с женой, но… он не отчаялся! И все работал, работал. И вон чего наработал – директором стал! Слава богу, денежки имеются. Только ведь на одном-то месте стоять нельзя, вы ж сами понимаете, Павлик говорил, что у вас папа бизнесмен, так вам ли не знать. А Павлик такой умница! Вот вы не знаете, а он маленький-то в полтора годика уже песенки пел, да.

– Простите, но если вы думаете, что я мешаю ему развиваться…

– Я не думаю! – замахала руками гостья. – Только ему б помочь, а?

– В смысле – деньгами? – напрямую спросила Сашка.

– Да деньгами-то пока не надо. Чего ж сразу деньгами-то бросаться. Павлику пришло письмо с печатями, его в Америку приглашают. Там посчитали, что он хороший специалист и вот, приглашают.

– В Америку? – удивилась Сашка. – А он мне ничего не говорил.

– Стесняется, наверное, – вздохнула женщина. – Тут ведь какое дело. Его туда зовут и деньги обещают хорошие.

– Так пускай едет, – пожала плечами Сашка.

– Вот и я говорю: пускай, да только кто ж его пустит? Туда надо ехать обязательно женатым. Вот такие у них варварские требования. И работа, и жилье – все уже есть, а вот жену ему здесь надо. Я сама прямо в расстройствах – и чего они уперлись? Холостой-то он еще больше наработает – на жену отвлекаться не будет.

– Так, и что? – спросила Сашка, прекрасно догадываясь, куда клонит маменька Павла.

– А то… Жениться ему надо. На вас.

Сашка не знала что ответить. По логике все правильно, но замуж… ну, не хотела она сейчас в невесты! Никак не хотела.

– Я Павлику говорю, дескать, найди хорошую девочку. Да и женись на ней, хотя б для вида, правда ж? А он уперся как осел и ни в какую! Говорит: «Я полюбил Александру и женюсь только на ней! А предлагать ей руку и сердце только из-за Америки я не буду!» Ну вот как тут быть-то? Я вот подумала, он же все равно на вас женится, уж коль вы ему так в душу-то запали. Так чего зря хорошее место терять? Поженились бы сейчас, а там… Да в конце концов, если вам потом не понравится, всегда ж и развестись можно.

Сашка просто не знала что ответить.

Женщина рассуждала как мать, и ее слабо волновали такие мелочи, как Сашкино свободолюбие, например.

– Вы же не откажетесь, а? – с мольбой смотрела на Александру женщина. – Ему нужен только штамп. А зато потом начнется счастливая жизнь! Помогите нам, пожалуйста. Он сам очень боится вас замуж позвать.

Что делать, Сашка совсем не понимала: загубить жизнь Павла или собственную свободу?

– Вы знаете, я подумаю, – выдавила она из себя. – Все же это не за хлебушком сходить, простите.

– Конечно! – обрадовалась мать Павла. – Подумайте. А вечером Павлик придет и…

– Нет, вечером у нас не получится, – вспомнила Сашка про юбилей. – Я сегодня занята, а вот…

– Тогда послезавтра, – закончила женщина. – Вы ж поймите, там же надо документы всякие делать, вам с паспортом определяться – фамилию же менять.

– Погодите с фамилией, – пыталась остудить ее пыл Сашка. – Мне же еще подумать надо! Я же говорю, замужество – это дело серьезное! Я еще никогда себе такого не позволяла. И потом – у меня родители, их тоже надо как-то подготовить, что их единственное чадо в Америку сиганет.

– А чего родители? – вытаращилась женщина. – Вы вот говорите, что еще замуж-то не выходили, а вам-то сколько годков?

– Ну, двадцать восемь. А что?

– Так и то! Тож ведь не семнадцать! А у меня Пашенька-то вон какой видный! Да за его ж любая пойдет! А ему любую-то не надо, вот прикипел к вам, и хоть ты его зарежь всего!

– Хорошо, я завтра позвоню Павлу, и мы с ним решим.

– Нет уж, миленькая, давай со мной решим, а? А то ты-то Павлу ведь всего наговоришь, а он… А потом ведь и сама спохватишься, ан ведь поезд-то и ушел!

– Да что ж вы на меня так наседаете? – уже не знала, как отделаться от гостьи, Сашка. – Прямо вот тащите в загс, и все! Даже без жениха!

– Миленькая, да не тащу я тебя, – вдруг расплакалась женщина. – Но уж как не хочется, чтобы наш Пашенька-то такого блага лишился. Бьется мужик, бьется. Он ведь один тащит и себя, и нас, всю родню.

Сашка решительно поднялась:

– Я обещаю подумать. Я, правда, подумаю и скажу вам. То есть Павлу.

– Ну, хорошо, детонька, подумай, – закивала женщина и наконец удалилась.

Сашка плюхнулась на диван.

– Жорка, я кажется… кажется, я выхожу замуж. Сходим, а? Хоть фамилию сменим.

Жорка, видимо, чувствуя серьезность момента, даже с котом играть перестал. Он взгромоздился Сашке на живот и два раза лизнул в щеку.

– Нет, ты даже не намекай! Тебя я ни за что не брошу, это ясно. И ты вместе со мной потащишься в эту самую Америку. Так что… Так что надо звонить девчонкам, узнавать, как собак перевозят. А что у нас там с прививками? Жора! Как же здорово, что мы на выставку подготовились, у нас все прививки в норме. Сейчас съезжу в ветеринарку с твоим паспортом, узнаю, может быть, еще чего поставить надо.

Уже в машине Сашке позвонила Люська.

– Шурочка, привет! – защебетала она. – Я вас на выставку записала. Короче, в эту субботу, ты знаешь, да?

– Это я знаю, а ринг когда? Кто судит?

– Саш, сама позвони в клуб и все узнаешь. А еще, – не замолкала подруга. – Тут новый зоомагазин открыли, я там на Жорика такую обалденную курточку видела! Ты увидишь – умрешь! Даже лучше, чем та, помнишь, которую я покупала ему в Германии? Только я забыла, у него какой размер? По спинке сколько сантиметров?

– Люсь, я не помню. Тридцать восемь по спинке, кажется.

– А еще шлейку видела, такая кла-асная! Но он же шлейки не носит, да?

– Шлейку? Не знаю, Люсь, купи на всякий случай. А то я тут замуж выхожу, в Америку переезжаем, так мало ли, может быть, Жорика в шлейке лучше перевозить. А то все эти самолеты… Он же не летал ни разу, чтобы из ошейника не вывернулся, Только вот…

– Козлятина, я не поняла… Ты выходишь замуж? – вдруг медленно спросила Люська.

– Да, выхожу. Сейчас вот еду про Жорика спрашивать. Надо же все справки собирать, я паспорт покажу, а мне…

– А за кого?

– Ты про что? А, ты про замуж! – не сразу сообразила. – Как, то есть, за кого? За Астурова. Я ж тебе говорила про него.

– Это за этого… Сашка, а ты хорошо подумала?

Вот только Люська ее еще не учила жить!

– Люся! Ты сама сколько раз собиралась замуж? И сейчас, насколько я помню, в сборах, да? Чего ты ко мне прицепилась?

– Это я к тебе прицепилась? Я просто интересуюсь! Потому что… Я, например, когда собралась за Женечку, я сразу тебе сказала, а ты! Ты! Сама уже в Америку собирается, а мне хоть бы полсловечка! Знаешь, кто ты после этого?! – И Люська бросила трубку.

Нет, вообще получается чудесно! То есть самой Люське можно замуж! Ефимушка не сегодня завтра под фату свою клушу Тонечку потащит – это тоже нормально, а вот когда решила Сашка! Да пусть идут они все!

Сашка решила больше об этом не думать – ей надо было уложить в голове только два события – выставку Жорика и его переезд в Америку. Ах да… Надо же еще сегодня на юбилей к Дедкину попасть! Ну разве все упомнишь!

Саша сидела перед зеркалом и красила ресницы, когда пришел Павел.

В руках у него были огромные белые розы, а сам Павел был в белоснежной рубашке и темно-синем костюме, даже без куртки, видимо, в машине оставил.

– Павел! – восторженно покачала головой Сашка. – Ты такой… такой…

Павел прошел в прихожую и вдруг сразу же упал на одно колено:

– Сашенька, будь моей женой! Мне мама сказала…

– Вообще-то я обещала подумать.

– Саша!

– Ну-у, хорошо, – легко пожала плечиками Сашка. – Я согласна!

И в этот же миг она взлетела в воздух на сильных руках Астурова:

– Сашка-а-а!

Заявление в загс они отвезли прямо в этот же день. Павел так боялся, что Сашка передумает, что не хотел ждать ни минуты. Но из-за этого такой волнительный момент прошел впопыхах и почти незамеченным. Ей надо было успеть еще собраться и отвезти родителей на юбилей.

– Саша, а сейчас едем в ресторан и отмечаем это радостное событие, – блестел глазами Павел.

– Пашенька-а, – заныла Сашка. – Давай не сегодня, а? Я вот сейчас никак не могу, ну, просто никак. Я обещала папе, что повезу его на юбилей к другу.

– Ну так, может, мы вместе поедем? – лукаво посмотрел на нее Павел. – И я буду там в качестве твоего жениха, а? Заодно и родителям твоим сообщим радостную весть. К тому же я очень хочу попросить твоего папу, моего будущего тестя, хорошо звучит, да? Так вот, я хочу попросить, чтобы он ускорил нам свадьбу. Ну что же это – два месяца ждать?! Так что, едем вместе?

Сашка вздохнула:

– Пашенька, я бы очень-очень этого хотела. А ты точно хочешь со мной на юбилей к Дедкину?

Павел крякнул:

– Это меняет дело.

– Паш, ты не расстраивайся. Зато я папу попрошу, чтобы он нам свадьбу ускорил, хочешь?

– Да, Сашенька, не забудь, пожалуйста. А вечером… Я приду вечером!

– Па-аш, ты просто не знаешь, как они пьют! – усмехнулась Сашка. – Дай бог, чтобы я вырвалась оттуда утром!

Оглавление