Глава 22. Все действующие лица

Амибал спешил что было сил. Едва ли не на каждой стоянке он наказывал отставших. Он чувствовал своим черным нутром, что не поспевает.

«Если Джозато сдаст столицу Лучар, он не укроется от меня даже на дне ада, — думал сын Фуалы, мчась на Олене Смерти вдоль мерно марширующего строя глитов. — У меня сильнейшее войско за всю военную карьеру, но против нас словно ополчился весь мир, хотя должно быть наоборот!»

Не замечая странной несуразности этой своей мысли, он перебирал в уме возможные тактические хитрости, что могли ускорить выдвижение армии.

Однако дороги повсюду размыло дождями. Когда-то верные его матери и ему самому желтоволосые дикари из джунглей Калинны отказывались давать продовольствие и телеги, сбегали в чащу, откуда в спину армии летели отравленные стрелы. Зная силу быстродействующего яда и убийственную меткость карликов с духовыми трубками-сумпитанами, герцог не останавливался, торопясь быстрее выйти на хорошие дороги старого Д’Алви.

Дворяне-эмигранты, которым он предложил амнистию, попросту предали его, сбежав на север с вестью о приближении войска Зеленого Круга. Полк регулярной армии Объединенного Королевства и отряды добровольцев, что обязаны находиться в северной части Калинны, оказывается, давно ушли «спасать столицу».

Амибал скрежетал зубами, понимая, что Артив сотрет этот отряд в порошок. А Черному Герцогу совсем бы не помешал этот великолепно обученный полк наместника!

На верхушке этой провинции он позволил себе сорвать злобу. Семья бестолкового губернатора ускользнула, но сам он был растерзан Псами Скорби на главной (и единственной) площади маленького городка, пограничного между старым Д’Алви и новыми коронными землями.

Столица, гордость Даниэля и заветная мечта молодого Амибала, осталась в стороне от идущего в спешном порядке войска. Шпионы донесли, что там вспыхнули волнения, назначенные Файром чиновники разбегаются, точно крысы с тонущего корабля, а городская голытьба грабит богатые усадьбы и дома купцов.

— Ничего, пройдет совсем немного времени, и мы вернемся и вновь осадим тебя, жемчужина в короне Даниэля! Никогда тебе не бывать в оправе игрушечной короны Лучар! — такие слова шептал сам себе Черный Герцог, выводя войска на широкие дороги.

Наемники сидели на телегах, влекомых неутомимыми быками, и чувствовали себя неплохо, а вот лемуты страдали нещадно. Пешие Люди-Крысы и Россомахи стоптали себе лапы, Псы Скорби маялись животами и ночами выли, словно готовы были взбеситься, а хуже всего пришлось глитам. Днем рептилии задыхались от дорожной пыли и неожиданного зноя, ночами начинали замерзать. Теперь Амибал даже жалел, что взял их, выращенных на юге, в далекий северный поход. В бою или ночных вылазках мало кто мог устоять против них, но до поля сражения еще нужно дойти!

Попадавшиеся на пути усадьбы и деревни оказывались пусты, колодцы были отравлены, телеги поломаны.

В душу Черного Герцога начал закрадываться страх. Во времена его мятежа многие области добровольно примыкали к его воинству, тысячи дворян честно служили под его командованием. Сейчас же он сделался врагом для всех.

Самым печальным оказалось то, что мастер С’лорн не выходил на связь, словно не он велел собрать со всей своей необъятной империи разрозненные отряды, шайки и стаи, а потом бросить на армию Лучар.

— Не уподобиться ли мне странному божеству северных дикарей и не возопить ли: отче, зачем оставил ты меня? — пробормотал Черный Герцог.

В начале марша он следовал инструкциям своего воспитателя и не связывался с Джозато. Но вскоре, не имея контактов ни с Темным Советом, ни с высшими мастерами своего Круга, он захотел узнать новости об армии мятежников и был обескуражен. Проклятый Артив щелкал разрозненные полки Объединенного Королевства, словно белка орехи!

— Сначала дурак Эфрем погубил отличную армию где-то на берегах Внутреннего моря, потом его недоношенный сынок со своими недоучками-советниками погубил все остальное, — ворчал сын Фуалы. — А если бы я отказался идти на север или стрела бородатого флоридянского лесоруба все же нашла меня во Флориде — что бы делал мастер С’лорн? Безропотно позволил бы Лучар разрушить свое детище, самое огромное и перспективное государство на планете?

Амибал отстал от войска, пустил Оленя Смерти «пастись» (тот напал на ближайшую деревню и начал кормиться, как лис, пробравшийся в курятник) и припал к переговорному устройству.

Джозато обещал сорвать штурм, совершив неожиданную вылазку. Прибывшие с юга закаленные боями с ним, Амибалом, солдаты Герда и Артива могут выстоять против лемутов, а вот свежеиспеченных союзников самозваной королевы атака зверолюдей должна повергнуть в ужас.

Несмотря на ряд грубейших промахов, Джозато держался неплохо. Герцог всегда его недолюбливал, но признавал талант к интригам и несомненные организаторские способности. Он смог утаить от мятежников наличие в Изумрудной Башне большого и боеспособного войска из бойцовых зверей, а это уже немало!

Неожиданность, как учил мастер С’лорн, шокирует людей, питаемых эмоциями и управляемых химерами.

Как раз такая неожиданность и лишила Амибала спокойствия и сосредоточенности перед финальным броском.

Великая пустота молчала! Противный голос Джозато, что звучал бы в эти мгновения для сына Фуалы слаще пастушьей свирели, провалился куда-то за грань мира.

В это время, сраженный собственной мощью, бывший советник Даниэля и тайный прислужник зла неуклонно превращался в обезумевшее животное. Он рвал свое тело, кидался на стены и безуспешно пытался добраться до кого-нибудь, чтобы чужой кровью потушить бушующий в пораженном мозге пожар всепожирающей дикой ненависти ко всему на свете.

Амибал догадался, что вылазка провалилась. Призвав Оленя, он погнал его вслед за войском и нашел солдат на бивуаке.

Вскоре на ближайших к дороге деревьях стервятники глодали тела тех, кто отдал приказ о привале, между тем армия Зеленого Круга спешила сквозь ночную тьму к столице.

Спешила, но опоздала. Псы Скорби ворвались в опустевший лагерь мятежников, где кровавые тряпки и ломаные носилки еще хранили живое тепло раненых, внесенных в ворота павшего города прямо перед носом герцогского авангарда.

Амибал, уже не особенно торопясь, выехал на холм. На валу пылали грандиозные осадные машины, самые большие из тех, что когда-либо видел сын Фуалы, а он всю жизнь провел на войнах по всему континенту!

— Артив молодец! Все-таки взял, мерзавец, эту сильнейшую крепость! Надеюсь, что Файра он вздернул прямо на его хваленом мраморном балконе или утопил в поющем фонтане. Интересно, кто же больше измотан — мои наемники и лемуты после безумного марша или мятежники после тяжелого штурма? А это мы сейчас проверим!

И Амибал повел войска в атаку.

Уже Ревуны и глиты разносили наспех сколоченные рогатки в том месте, где были внутренние городские ворота, а Люди-Крысы рыскали по обвалившемуся валу, ища лазейки и щели в обороне столицы, когда Герцога настиг неожиданный удар.

Чужая воля заставила сына Фуалы спешиться и отдать приказ об остановке штурма. Олень Смерти в ужасе заметался, поднимая на рога и топча страшными копытами Россомах и отборный отряд наемников. Та же воля, по сравнению с которой его собственное колдовское искусство было просто ничем, пригнула его к земле.

«Остановись, несчастный, или я вынужден буду нарушить данный единожды обет и убить!» — раздалось в голове Черного Герцога, словно удар колокола.

То был голос Альдо, эливенера, за которым слуги Нечистого охотились много лет, впрочем, безо всякого успеха.

Амибал прибегнул к единственному способу защиты от пугающей ментальной мощи соперника. Он распахнул свой мозг, силясь раствориться в токах темной энергии, излучаемой из тайной крепости мастера С’лорна.

По сути, сын Фуалы пытался раствориться в полях силы, которыми Зеленый Круг покрыл всю южную и центральную часть континента. Для него это означало полное стирание личности, поглощение и вожделенную Вечную Пустоту.

Но тугой кокон силы выплюнул его, точно вишневую косточку.

Падение из мира потоков чистой энергии в плотный мир оказалось страшным потрясением, и Амибал действительно завопил, вопрошая С’лорна: почему ты бросил меня?

«Все кончено, Амибал, — услышал он спокойный и полный неожиданного внутреннего достоинства голос главы Темного Совета. — Этот тур мы проиграли, не стоит губить наших верных слуг».

«Мастер, защити меня от Альдо, а я поведу войска на город! Мятежники в ловушке, флот не сможет увезти их на Лантик, мы покончим и с Лучар, и с Артивом, и со всеми остальными нашими врагами! Они не могли подготовиться к отпору», — кричал Амибал, бьющийся на земле, словно обычный смертный в припадке падучей.

«Оглянись!»

«Оглянись!»

Два голоса невероятной мощи прозвучали одновременно. Невидимые оковы пали. Амибал поднялся и посмотрел вокруг. Он прекрасно мог видеть в предрассветной темноте.

Из леса в тылу его разворачивающейся армии выходил противник.

Неумолимо текла медвежья река. Звери казались такими огромными, что рядом с ними бледнел даже пресловутый Олень Смерти.

С деревьев слетали, словно гигантские стрекозы, странные женщины с луками в руках. Они были далеко, но герцог ощущал каждой клеточкой своего мозга, что они насмехаются над ним и нисколько не боятся его лемутов. Этот серебристый смех, проникающий под черепную коробку, заставил его корчиться, словно от боли.

По опушке носились совсем уж фантастические твари, еле различимые из-за пятнистых шкур и огромной скорости движения.

«Люди-Кошки, народ иир’ова», — понял Черный Герцог.

Как могли они все оказаться именно теперь здесь, в тылу войска. Большого, но… единственного на сегодняшний день войска Зеленого Круга.

Перед строем медведей шла небольшая группа людей, которых герцог слишком хорошо знал по Флориде, чтобы удержать рвущийся из глотки вопль ярости и отчаянья.

Кен помахал ему рукой, словно точно знал, где находится командир отрядов Нечистого. Рыжий и чернобородый просто стояли и смотрели. Небольшого ростом человека рядом с флоридянами Амибал видел впервые, но от него шло беспокоящее ощущение спокойствия и бесконечного превосходства над тем, что больше всего любил в себе сын Фуалы.

Неподалеку от пера Сагеная прихрамывая шел Альдо, положив руку на загривок вожака медведей. Его Амибал видел впервые, но не раз ощущал прикосновения его несокрушимой воли, всякий раз встававшей на пути коварных планов воспитанника Зеленого Круга.

«Теперь ты видишь? — спросил С’лорн, и вновь без обычной своей усмешки. — Это не только твой проигрыш, обвели вокруг пальца весь Круг и даже сам Темный Совет. Те воины, что готовы кинуться на стены и подошедших врагов, — это все, что у нас есть.

Мы не Остров Смерти с его хитрыми учеными и бесконечными арсеналами, у нас нет таких знатоков природы, как в Красном Круге, или столь же сведущих в психологии людей адептов, как в Желтом. Зеленый Круг — это его армия! Она вся, за мелкими исключениями, находится под твоим командованием».

— Слышишь колдуна, вскормившего тебя, Амибал? — голос Альдо теперь можно было слышать, не прибегая к ментальному искусству. — Эти прекрасные создания, что прошли не меньше миль, чем твои грязные стаи уродцев, не хотят умирать. Но для того, чтобы положить конец владычеству Круга, готовы рискнуть. Готов ли ты к такому повороту дел?

Амибал опешил.

Впервые в жизни ему предоставлялась возможность выбирать, и он не был готов к этому.

Вновь загудели струи Вечной Пустоты, омывающей мир людей и животных, и С’лорн повелительно приказал:

«Повинуйся мне, отведи войска от столицы, пусть ни одна стрела не вылетит из луков, ни один зуб или коготь не обагрится кровью!»

Черный Герцог сделал выбор. Он встал поудобнее, закрыл глаза и попытался использовать свой единственный шанс — проскользнуть между двумя жерновами, дав им столкнуться. Нащупав паутину заклятий Зеленого Круга и лучи ментального света, которыми пользовался Альдо, Амибал нанес два быстрых удара.

Эливенер лишь спокойно улыбнулся, а С’лорн хищно расхохотался.

— Тебе есть чем гордиться, колдун, нечего сказать, достойный воспитанник! — фыркнул старичок в коричневых одеждах.

— А я и не спорю, толковый малый, но весь в мамашу, чистый упырь! — усмехнулся С’лорн в своем далеком подземном убежище, подбрасывая на ладони шар, внутри которого плавали микроскопические фигурки медведей, лемутов и вэйлэ-ри. — Боя не будет, Черный Герцог!

Тот резко обернулся. Неподалеку стояла группа всадников на хопперах. Они спокойно проехали между стоявших неподвижно лемутов и остановились на склоне холма. Впереди всех находилась Лучар, в длинной мантии и короне.

— Твои солдаты похожи на марионеток, которых кукловод позабыл на дне пыльного сундука, — проговорила королева Д’Алви. — Где их бешеная сила, злость, ненависть? Ее, наверно, забрал С’лорн. Лысый некромант прав — стоит ли превращать это прекрасное утро в кровавую кашу!

Восток порозовел, и в облака вонзились первые лучи солнца.

По нестройным рядам лемутов пробежала резкая дрожь.

— А вот этого не надо! — к Амибалу шагнул Кен-атвианец, указывая пальцем на конвульсивно сведенную на рукояти меча кисть герцога.

— Отчего же?

Амибал вырвал меч из ножен и ринулся к Лучар.

Белоснежный хоппер одним прыжком перенес ее за пределы досягаемости удара. Герцог ринулся на дворян-телохранителей королевы, но те также уклонились от схватки.

— Ну, что же вы, деритесь со мной! Я Черный Герцог, ужас Д’Алви, палач Флориды, сын ведьмы Фуалы! Деритесь со мной и убейте!

— Ты жалок, кузен Амибал, — сказала Лучар, повернулась и медленно, насколько позволял хоппер, поехала в сторону столицы.

— Ты действительно болван, герцог, — мастер С’лорн умудрялся держать свой голос прямо над полем, так, чтобы его слышали все собравшиеся. Только Темный Совет знал, затрат каких мощностей это стоило братству Нечистого. — Отдай свой меч кому-нибудь из солдат Д’Алви.

— Нет никакого Д’Алви! Я уничтожил королевство! — вскричал сын Фуалы.

— Посмотри на башни новой столицы нового королевства, — пророкотал С’лорн, — и увидишь старые знамена. Эту войну ты проиграл!

Слова прозвучали, словно пощечина.

Амибал попытался броситься на свой меч, но Кен, внимательно следивший за ним, пинком выбил оружие из его рук.

— Ага, ты, северный дикарь, которого я травил по всем южным болотам, словно мускусную крысу, иди сюда! — Амибал аккуратно поднял с земли свой меч, но не стал больше пытаться причинить себе вред. Вместо этого он кинулся вперед, намереваясь снести атвианцу голову.

Бровь Альдо вопросительно дернулась, но Кен энергично покачал головой, вытаскивая саблю. Эливенер устало вздохнул и отвернулся.

Клинки встретились и отскочили в разные стороны, выбив сноп искр. Еще один наскок полководца Нечистого, и отбойный удар северянина.

«Так не пойдет, он мне саблю испортит», — подумал Кен и принялся плести вокруг герцога веер из легких уколов, скользящих защит и хлестких, стегающих ударов.

Очень скоро массивный Амибал запыхался, силясь поспеть за порхающей саблей Кена.

Лис с умильной мордой наблюдал за происходящим, а потом зевнул во всю пасть и щелкнул зубами. Он-то видел, что атвианец в любой миг может положить конец затянувшемуся поединку.

Но Кен не хотел убийства, тем более на глазах у брата Альдо.

Изловчившись, северянин точным ударом отклонил меч воспитанника С’лорна и мигом нанес укол в открывшуюся брешь. Клинок скользнул по брови Амибала, заставив его отшатнуться. И тут Кен одной рукой перехватил запястье сына Фуалы и дернул его прямо на подставленное колено.

С глухим стуком и шипением воздух вылетел из легких герцога, и он осел на землю.

Кен пинком отшвырнул его меч, вложил саблю в ножны и пошел к друзьям, на ходу щелкнув Лиса в кончик носа. Не попал, конечно же. Как всегда!

— Думаю, эливенер Альдо, нам есть о чем поговорить, — вновь послышался сквозь треск и шипение голос С’лорна. — Я не хотел бы угробить своих дрессированных зверей и дорогостоящих солдат в пустой драке из-за каменных коробок, окруженных дурацкой стеной и полузасыпанной ямой. Зачем мне веселить недругов из того же Голубого Круга? Ты тоже не жаждешь, как мне кажется, увидеть истерзанные клинками и когтями тела этих странных существ из самых отдаленных уголков моей империи.

Альдо кивнул головой, задумчиво разглядывая Амибала. Герцог валялся в грязи и плакал.

— Странно, — пробормотал Альдо. — А слезы совсем не черные. Обычные слезы, как у всех.

— А с этим С’лорном, оказывается, можно иметь дело, — прошептал Аграв Вагру.

Немедленно мастер Зеленого Круга отверг такую возможность для «всяких смертных». Стоявшая рядом с ним вэйлэ-ри коротко, без замаха залепила гиганту пощечину и испуганно уставилась на свою руку.

— Не развешивайте уши раньше времени, — сказал Альдо, в уголках глаз которого залегли смешинки.

Гордо вскинув голову, эливенер громко воскликнул:

— С’лорн, убирай свои стаи, а потом поговорим. Но без этих штучек с громовыми голосами, а не то велю стае ласточек опорожнить кишечники на бреющем полете, прямо над твоей башенкой. Как тебе понравится потек птичьего помета на кожухе «секретного» орудия?

— Много ты знаешь, Альдо, — проворчал угасающий голос С’лорна. — А еще больше болтаешь!

В следующий миг отряды лемутов повернулись и потекли в сторону южной дороги.

Амибал так и остался хлюпать носом в грязи.

Оглавление

Обращение к пользователям