Мусорка и пистолет

Я открыла глаза и решила, что попала в рай: вокруг шумели пальмы, журчали фонтаны, перекликались птицы.

Потом надо мной появилось несколько лиц в белых масках, зеленых шапочках и черных фуражках, и я решила, что попала в ад.

А потом я услышала встревоженные голоса и поняла, что пока жива. Правда, не все были в этом так уверены…

— А вдруг она умерла? — как сквозь вату донесся голос Танюсика. — Надо положить ей что-нибудь под голову. Давай сюда зайца…

— Лучше прибор юного орнитолога, — посоветовал Сеня.

Другие незнакомые голоса заспорили с ними, заговорили про больницу и «Скорую помощь», и я поняла, что, если хочу выжить, лучше поскорее очухаться, поэтому быстренько заморгала и закашлялась.

— Ой! Очнулась! Сашуля, ты как?! — Танюсик, Миха и Сеня склонились надо мной, и на душе стало тепло и радостно. Какие же они у меня хорошие! И вообще, что может быть лучше настоящих друзей и крепкой дружбы?

Маски с шапочками оказались врачами, а фуражки — полицейскими. Сделав это открытие, я чуть снова не потеряла сознание — они отпустили Миху и пришли за главной преступницей, то есть за мной!

Однако все оказалось не так драматично. Убедившись, что я в порядке, взрослые дяди и тети решили оставить нас в покое и быстренько удалились.

А на меня посыпались знаки дружеского внимания: Миха побежал за водой, а Танюсик, жалобно причитая, принялась меня обмахивать — чем бы вы думали? — МОИМ ЗОЛОТЫМ ДНЕВНИЧКОМ!

— Ты нас так испугала, так испугала! Миха чуть не плакал. У него даже руки тряслись, ты бы видела!

Я осторожно села. Голова все еще кружилась, но на сердце было тепло и радостно. Друзья не подвели, не бросили! Потом я снова приуныла, потому что заметила, что Миха и Танюсик уже успели переодеться и на Михе снова был его прикид, а на подруге — мой. Значит, я была в обмороке столько времени?!

Но тут Танюсик протянула мне дневничок и зайца, и я поняла, что все не так безнадежно. Удача снова вспомнила обо мне!

Я одним махом осушила принесенный Михой стаканчик с минералкой и прижала к груди обожаемые сокровища.

— Нагулялись? — спросила я их. — Напутешествовались?

— Угу, — виновато ответили они. — Больше не будем!

Друзья помогли подняться, и мы отправились в кафе. Когда нам удалось наскрести немного мелочи на газировку и чипсы, я окончательно очухалась и приступила к расспросам. И первым делом спросила Миху:

— А как тебе удалось спастись?

— А мне и не пришлось! — Смыш расплылся в улыбке и рассказал обо всем, что произошло с того момента, как он попал в плен к старушкам.

В кафе он улизнул от бабушек под предлогом того, что хочет заняться поисками пропавшего зайца. Но заяц и в самом деле пропал — Брыкалу Миха так и не нашел. А в процессе поисков он вдруг наткнулся на Леху-Два и удивился, что тот еще не улетел — ведь он вроде бы собирался исчезнуть.

— А Липучка? — спросила Танюсик.

— Липучки с ним не было. Она появилась позже.

В общем, Холмс-Два решил проследить за Лехой-Два, и именно в процессе слежки его осенило по поводу того, кто потерял в самолете пистолет.

— Помнишь, ты сказала, что от пистолета пахнет мятой и эвкалиптом? И еще рассказала, что у этого парня, Лехи-Два, болит горло и он все время сосет леденцы от кашля, — напомнил Миша.

— Точно! И когда Липучка ему звонила, он был в аптеке! — воскликнула Танюсик.

— Вот-вот! И покупал он там вот это, — и Миха с торжеством вытащил из кармана пустой пакетик из-под леденцов, на котором было по-английски написано: «Мята и эвкалипт».

— Откуда это у тебя? — изумилась Танюсик. Гениальности нашего Холмса она уже не удивлялась.

— Из мусорки, — торжественно объявил Смыш.

Мы с Танюсиком брезгливо скривились и зажали носы.

— А что тут такого? — удивился в свою очередь Смыш. — Это тебе не в школе, тут все чисто и аккуратно, только пакетики от чипсов и шоколадок. Я заметил, куда он выбросил старый пакет, и выудил его. Кстати, мусорка и натолкнула меня на мысль, как выручить Сашулин дневничок.

И Миха поведал о своем гениальном плане. Он хотел подбросить записку Лехе-Два еще раньше, но я, пригласив парня на конференцию, спутала ему карты.

— Ты смотрелась капитально, — уважительно произнес Миха. — Если бы я был на его месте, то обязательно влюбился бы в тебя!

— А на своем месте? — вырвалось у меня, и под изумленными взглядами друзей я тут же опустила глаза, кляня себя за несдержанность. А потом быстро перевела тему: — Так Леха-Два дозвонился до тебя?

— Ну да. — Миха тряхнул головой, как будто отгоняя наваждение. — Сразу же после того, как полицейские вручили мне зайца.

— Так, значит, они не хотели тебя арестовать? — обрадовалась я.

— Наоборот, хотели вернуть мне пропажу.

— А почему же Бамси пропал? — удивилась я и строго посмотрела на Сеню.

Тот виновато развел руками:

— Сорри. Оставил его в кафе. Решил проследить за этой самой девицей — настоящей Женечкой. Ну и забыл зайца… Мне ж еще прибор юного орнитолога надо было тащить! Короче, пошел я за ней, а тут по радио как раз объявили, чтобы обо всех неопознанных предметах и забытых вещах сообщали в полицию, — удрученно признался Сеня.

— И ты это понял? — поразилась Танюсик.

— Ну да! Я еще сам удивился, что так все ясно расслышал и понял. Все-таки заграничные поездки — это класс! В тыщу раз лучше школы!

— Ах ты мой пупсик! — прильнув к Сене, разулыбалась Танюсик. — Ах ты мой полиглот!

Но я была более критично настроена к человеку, оставившему Бамси на произвол судьбы.

— Ты хочешь сказать, что кто-то вызвал полицию и передал им Бамси? — строго спросила я.

— Ну да! После объявления я бросил эту Женечку и вернулся в кафе. Но было уже поздно: полицейские как раз стояли около зайца. А потом к ним подошли две старушки и сказали, что это игрушка их внучки и она очень-очень расстроится, если его ей не вернут. Бабушки показали полиции фотографию внучки и сказали, что она отправилась в ВИП-зал. И стражи порядка направились туда же. И я пошел следом за ними — а куда мне было еще деваться? Вас-то никого не было!

— Короче, полицейские приняли меня за Женечку и вручили зайца, — сказал Миха.

— Какая заботливая полиция, — с уважением произнесла Танюсик.

— И какие милые бабушки! — подхватила я.

— И наблюдательные, — насупился Миха. — Заметили, куда я пошла… Вернее, пошел.

— А Женечка? Что она делала, когда полиция тебя нашла? — Мне хотелось знать все-все-все, что произошло за время, выпавшее у меня из жизни!

— Поначалу она заорала еще сильнее, а потом появился какой-то парень, и она переключилась на него, — сообщила Танюсик. — Не девочка, а ядовитая кобра какая-то! На всех подряд кидается.

— Это был Сороконожка, — пояснил Миха. — Он прошел мимо и даже не посмотрел на нее. И не отреагировал, когда она его окликнула. И она так разозлилась, что набросилась на него и забыла обо мне.

— А он? — тут же спросила я.

— Сказал ей какую-то гадость, развернулся и удрал.

— Удрал?!

— Ну да. Убежал. Как от огня!

— А где сейчас эта Женечка? — спросила я.

— Я видел, как она вся в слезах выбежала из ВИП-зала вслед за парнем. Но он скрылся в мужском туалете, и тогда она рванула в медпункт. Наверное, все еще там мается, — сказал Сеня. — Там очередь человек сто. Тут из-за задержек столько рейсов скопилось!

Вот теперь все концы сошлись. Неясно было только, как Михе удалось вернуть мой дневничок и что стало с Лехой-Два и Липучкой.

Но вскоре я узнала и об этом.

— Ну так я же и говорю — мусорка! — продолжил свой рассказ Миха. — Полицейские вручили мне Бамси как раз в тот момент, когда позвонил этот твой…

— Он не мой! — отрезала я. — Мой встречает меня в аэропорту!

— Вот как? — Брови Михи поднялись, уголки губ опустились, и он стал похож на брошенного Мальвиной Пьеро. — Ну что ж… В конце концов, надо же когда-то поставить точки над «i»…

— Вот и ставь скорее! — поторопил Сеня. — А то мы так никогда до конца не доберемся!

— Ну, в общем, мусорка, — в третий раз повторил Смыш так полюбившееся ему слово. — Когда мне позвонил этот тип, я сказал, чтобы он выбросил дневничок в мусорку и тогда я скажу ему, где он найдет свой пистолет.

— Ты… сказал ему… выкинуть мой дневничок?! — От ошеломления я задохнулась и с трудом выговаривала слова.

— Сашуля, успокойся, — ласково произнесла Танюсик. — Миха все сделал правильно. Если бы твой дневничок оставили где-нибудь на видном месте, его бы сразу захапала полиция. Ты же видишь, что случилось с зайцем!

Она была права, и я смирилась. В моей ситуации глупо было бы требовать, чтобы вообще все было хорошо!

— Ну так вот. Парень оказался исполнительным и проворным. А что ему еще оставалось? Он выкинул Сашулин дневничок, а я вытащил его. И даже как следует протер! Хотя он и так почти не пострадал, ведь я выбрал для этой операции мусорку, которую только что очистили.

— А пистолет? Куда ты дел пистолет? — нетерпеливо перебил друга Сеня.

— А вот пистолет я как раз таки и подбросил на самое видное место! — с торжеством воскликнул Миша.

— И куда же?

— Под центральное табло. Притворился, что завязываю шнурки, и аккуратно уложил его на пол. А потом одновременно сообщил об этом Лехе-Два и в полицию. И наблюдал, как его схватили в тот самый момент, как он пытался поднять пистолет!

— Вот это да! — восхитились мы с Танюсиком. И только Сеня с сожалением вздохнул:

— Хороший был ствол! Жалко, что нельзя было себе оставить. Не каждый день в самолетах пистолеты попадаются!

Однако на этом сюрпризы не окончились. Самое интересное Миха приберег на конец.

— Но это все еще только цветочки, — с загадочным видом произнес он. — А теперь я расскажу вам про ягодки. Ну, то есть про самое главное.

— Ну и? — нетерпеливо посмотрели на него мы.

— Лучше покрепче держитесь за стулья. Я вам сейчас такое расскажу, такое! В общем, выяснилось, что этот Леха-Два никакой не преступник! И никакой не Леха-Два.

— Как это? — оторопели мы.

— А вот так это! По-настоящему его зовут Эдик, и он — представитель законной власти. Он при мне показывал полиции документы, где написано, что он работает в службе безопасности.

Ну дела!

Новый поворот событий был настолько невероятным, что несколько минут мы ошеломленно молчали, по очереди засовывая руки в пакет с чипсами.

Когда чипсы кончились, я сказала:

— Надо же! А выглядит лет на семнадцать!

— Внешность обманчива. Ты тоже на одиннадцать выглядишь! — рассудительно заметил Миха.

— А Липучка? Она тоже представитель власти? — спросила Танюсик.

— Да. Коллега Лехи-Два. Ее зовут Виолетта. Она как раз подоспела к той самой разборке.

— Так, значит, они не преступники… — Я все еще не могла прийти в себя.

— Эдик и Виолетта — нет. Наоборот, они проводят расследование той самой кражи с парфюмерной выставки. Преступниками оказались двое других.

— Женечка и Сопливый! — наугад выстрелила я — и попала в десятку.

— Вот именно! — воскликнул Миха, одарив меня одобрительным взглядом. — Выяснилось, что Сороконожка — внучатый племянник изобретателя духов. Того самого старичка, у которого все сгорело! Именно Сопливый под шумок увел у родственника заветный пузырек. И устроил поджог, чтобы замести следы. Но задумал преступление не он, а Женечка. Леха-Два и Липучка знали об этом, их задачей в самолете стало налаживание с ней контакта.

— Только они не тот контакт наладили. Не с Женечкой, а с Сашулей, — хмыкнул Сеня.

— А бабушки? — спросила я. — Неужели они тоже в этом участвуют?

— Нет. Старушки ничего не знают. Женечка использует их как прикрытие.

— Собственных бабушек?! — поразилась Танюсик.

— Ну да. Вот такая «миленькая» внучка!

— А что же будет теперь? Их арестуют? Ну, этих, Женечку и ее парня, — спросила Танюсик. Ее глаза восторженно блестели, щеки раскраснелись… От недавней скуки не осталось и следа!

— Да, но только не сейчас, а когда мы прилетим — чтобы не создавать паники в самолете. Пока что Женечка и Сопливый даже и не подозревают, что раскрыты.

— Ну, дела… — Я потрясенно взъерошила волосы. Новостей было столько, что зараз не переварить! — Кстати, а как Женечка попала в Дубаи? Ведь по ее паспорту улетела я!

— Она прилетела следующим рейсом. Оказалось, что у этой предприимчивой девицы в запасе был еще один паспорт. И даже со всеми проставленными штампами и визами! Фальшивка, конечно, но помогла ей выкрутиться.

— Ну и ну! Да она настоящая авантюристка! — проговорила Танюсик.

— Ну да. Прирожденная лгунья! Она просто сказала, что потеряла посадочный талон и опоздала на рейс, потому что застряла в очереди в туалет и не успела на посадку — как, кстати, оно в самом деле и было. Так что, Сашуля, если бы не Женечкино опоздание, сидеть бы тебе в Сингапуре, пока не найдется твой паспорт!

— Паспорт? — нахмурилась Танюсик и потерла лоб — как будто что-то вспоминала. — Паспорт?

Но потом махнула рукой:

— А, ладно! Потом вспомню! Кстати, а откуда ты все это знаешь? — обратилась она к Михе. — Про Женечку и Сопливого, что они духи украли. Это Эдик тебе все рассказал?

— Он самый. Только не мне, а Липучке. После того как полиция отпустила его, они пошли в кафе и все это там обсуждали. А я незаметно пристроился рядом…

— Молодец, братан! — Сеня одобрительным хлопком по спине размазал Миху по столику. — Отличная работа!

Оглавление

Обращение к пользователям