Баланс сил

Новый сайентизм и гендерное равноправие на Женевском часовом салоне SIHH-20144

section class=»box-today»»

Сюжеты

Часы:

Жить в интересные временаа

Секунды до победыы

/sectionsection class=»tags»s»

Теги

Часыы

Культовая вещьь

/sectionn

В конце января вдоль Pont du Mont-Blanc, главного моста через Женевское озеро, развешивают флаги, весь город покрывается рекламой часов, ни в одном приличном ресторане вечером невозможно найти свободный стол, и все гранд-отели на набережных заполнены под завязку. В городе, вокруг которого сосредоточено швейцарское часовое производство, в 24-й раз проходит SIHH — Salon International de la Haute Horlogerie, которым открывается мировой календарь часовой индустрии. Из окрестных деревень, где на мануфактурах с видом на Альпы они собирают свои калибры, выбираются часовщики, со всего мира съезжаются пресса и закупщики, каждая марка подтягивает звезд, собираются коллекционеры и просто серьезные клиенты. И хотя за последние несколько лет рост часового рынка замедлился, швейцарская часовая промышленность остается одной из самых стабильных отраслей luxury goods, а швейцарский холдинг Richemont, устроитель SIHH и владелец большинства представленных тут брендов, — одним из ведущих мировых люксовых конгломератов и самой сильной часовой группой, опережая Swatch Group и Rolex. И SIHH — зримое тому подтверждение: за пять дней выставки заключаются миллиардные контракты, составляющие от 80 до 90% годового оборота часовых марок. Это пока остается неизменным. Что же изменилось? Тренды, и поскольку часовой мир — это не мир fashion, и изменения в нем происходят не каждый сезон, то любое смещение тут сразу заметно..

Звездное небо над нами

Несколько лет в часовом мире буквально царили всяческие metiers d’art — все с упоением покрывали циферблаты всевозможной эмалью, инкрустировали их соломкой, наносили гильоше, отделывали редкими породами дерева в технике маркетри, расписывали гризайлью, выкладывали золотыми гранулами, не говоря уже о банальном бриллиантовом паваже. И не то чтобы в этом году все сразу перестали это делать — вовсе нет, но общий акцент был смещен с metiers d’art на несколько иные вещи. Вехой стали новые часы Complications Poetiques, представленные Van Cleef & Arpels. Тут следует помнить, что Van Cleef & Arpels были главными зачинателями повальной моды на metiers d’art — именно с их драгоценной идиллии с феями, эльфами, бабочками и цветами началось победное шествие metiers d’art по часовому миру. Они буквально открыли золотую жилу, выстроив вокруг этого современный часовой имидж старого ювелирного дома и даже запатентовав само название «поэтические усложнения». До этого года все их Complications Poetiques были так или иначе связаны с этим миром прелестных созданий — начиная с феи, взмахивавшей палочкой, через знаменитый «Мост влюбленных» и головокружительные парные часы с девушкой на Эйфелевой башне и юношей на крыше Нотр-Дама и заканчивая прошлогодней балериной. А если и появлялись солнце, луна и звезды, то тоже исключительно в поэтическом виде. В этом году их часы в этой серии называются Midnight Planetarium и представляют собой настоящий наручный планетарий, сделанный по всем законам астрономических инструментов известным голландским мастером Кристианом ван дер Клаавом, который как раз и занимается оснащением часовых механизмов астролябиями и прочими астрономическими штуками. Часы с планетарием — его конек. На диски из авантюрина, который идеально представляет звездное небо, помещены шесть планет, видных с Земли невооруженным глазом: Меркурий, Венера, сама Земля, Марс, Юпитер и Сатурн. Все сделаны из разных полудрагоценных камней: Земля — из бирюзы, Юпитер — из агата, Меркурий — из змеевика и т. д., в центре — золотое Солнце. Каждая из планет движется по авантюриновому небосводу ровно с той же скоростью, что и по настоящему, и если Земле нужно 365 дней, чтобы обойти Солнце, то Меркурию — 88 дней, а Сатурну — 29 лет. Представьте себе, какая изящная и остроумная идея — сделать нечто, что будет меняться в течение 29 лет, то есть целой жизни! Это зримо воплощает идеальную ньютонову Вселенную на запястье, главный концепт механических часов вообще..

1

Конечно, разнообразные выдающиеся часы metiers d’art были у Cartier: неизменные животные и среди них жизнерадостный попугай, выложенный из окрашенных и высушенных розовых лепестков. Vacheron Constantin тоже продолжили свою серию metiers d’art — в прошлом году это были экзотические цветы из английских ботанических атласов XVIII века, в этом — национальные, в основном восточные, узоры..

figure class=»banner-right»»

figcaption class=»cutline»Реклама/figcaption/figuregure

И конечно, Van Cleef & Arpels тоже не могли обойтись без metiers d’art и показали свои традиционные Les Cadrans Extraordinaires («Исключительные циферблаты»), где циферблаты двух моделей, Midnight Nuit Boreale и Nuit Australe, представляющих созвездия Северного и Южного полушарий, сделаны в технике гризайль, а четырех моделей Midnight Constellations (созвездия Пегаса, Орла, Феникса и Петуха) — с гравировкой, эмалью и бриллиантами. И коллекцию Lady Arpels Zodiac из 12 часов с эмалью, резным перламутром и паважем драгоценными камнями. Но их общей темой на этот раз стала именно астрономия..

Астрономия вообще новое всеобщее увлечение. Указатели фаз Луны стали мелькать у разных марок еще в прошлом году, но в этом появились сложноустроенные и очень красивые «лунники». Например, руководитель конструкторского подразделения Cartier Кароль Форестье-Кацапи показала целых два: Rotonde de Cartier Terre et Lune и Rotonde de Cartier Jour et Nuit avec Phases de Lune Retrogrades. В первых в качестве указателя лунных фаз использован турбийон, который вращается на лазуритовом циферблате, и это очень оригинально и неожиданно. Вторые — один из самых красивых циферблатов не только SIНH-2014, но и вообще последних лет. Cartier исторически связан с ар-деко, и Rotonde de Cartier Jour et Nuit — одно из лучших воплощений этой связи. Верхняя половина циферблата с Солнцем и Луной — и они попеременно, в зависимости от времени суток, показывают часы, в то время как стрелка в стиле Breguet — минуты, а нижняя, с ретроградной стрелкой, — фазы Луны. На белый циферблат нанесен узор в технике гальванизированного гильоше, и он преломляет свет с легким серебристым сиянием. Корпус сделан из палладия, и все вместе выглядит волшебно..

1

Но самый поразительный и, пожалуй, самый совершенный вечный календарь с лунными фазами, на который ушло четыре года, получился у A. Lange & Sohne — это Richard Lange Perpetual Calendar «Terraluna». И это неудивительно, потому что совершенство — второе имя этой саксонской мануфактуры. А их главная стилистическая характеристика — гармоничность. В их часах все индикаторы всегда безупречно пропорциональны. Здесь на чистом белом циферблате — три счетчика (часов, минут и секунд), большая дата, указатель запаса хода (его хватает на 14 дней) и традиционные синие стрелки из вороненой стали. А вот главное — указатель фаз Луны — спрятан на обратной стороне корпуса. Конечно, это особое щегольство, но оно еще и практично: это не просто маленькое окошко с условной Луной — это диск глубокого голубого цвета (специальное покрытие, которое отражает только синюю часть спектра) с яркими звездами и выпуклой полусферой земного шара в центре, вокруг которого, как и положено, вращается Луна. Но показывается положение Луны не только относительно Земли, но и относительно Солнца (в роли Солнца — баланс). Надо сказать, что это тот редкий случай, когда обратная сторона чуть ли не лучше идеального циферблата — суперсложный открытый механизм с небом, Землей и Луной буквально завораживает..

Этот тренд можно назвать астрономическим, но его стоит определять шире. Очевидно движение от metiers d’art, то есть декоративности, к астрономии, то есть науке; от бабочек, цветов и узоров — к звездам, Луне и планетам. Его вполне можно назвать сайентизмом — и это важный поворот..

1

Van Cleef & Arpels Complications Poetiques Midnight Planetariumm

В погоне за тонкостью

Франк Тузо, директор по международному маркетингу и разработке часовых изделий Piaget, в ответ на мой вопрос, каково, на его взгляд, основное направление развития часового рынка сегодня, ответил, не задумываясь ни на секунду: «Конечно, это ультратонкие часы». И сказал он это не потому, что у Piaget многолетний опыт именно в этой сфере и с ними тут мало кто может соперничать, а потому, что это чистая правда. Тонкие, еще тоньше, самые тонкие — примерно так можно описать нынешнее положение дел в часовом мире. И у Piaget тут очередной мировой рекорд — они показали Piaget Altiplano 900P 38 мм с самым тонким механизмом с ручным заводом, их толщина всего 3,65 мм. Altiplano — это одна из самых узнаваемых моделей Piaget, она существует не первый десяток лет, но, пожалуй, никогда еще не воплощалась в такой радикальной форме. Чтобы добиться феноменальной тонкости, задняя крышка использовалась как платина, основа механизма, куда крепятся все его детали, а основные узлы были помещены не друг над другом, как обычно, а горизонтально, в одной плоскости, и все это вызвало совершенно новые инженерные решения. В результате получились одни из самых крутых ультратонких часов на рынке..

Но конкуренты у них тут есть, и это, конечно, дом Jaeger-LeCoultre, тоже прославленный среди прочего своими ультратонкими калибрами. Именно им принадлежал прошлогодний рекорд тонкости — это были платиновые Master Ultra Thin Jubilee толщиной 4,05 мм. В этом году вышли два новых варианта в розовом золоте: Master Ultra Thin Grand Feu и Master Ultra Thin 1907. В них стоит механизм с ручным заводом высотой всего 1,85 мм. У первых исключительно красивый и редкий белый циферблат в технике горячей эмали, дата 1907 в названии вторых отсылает к тому году, когда знаменитые часовщики Жак-Давид Ле Культр и Эдмон Жаже выпустили самые тонкие тогдашние карманные часы. Обе модели, особенно эмалевая, — настоящие часы мечты..

1

Vacheron Constantin Fabuleux Ornementss

Но слово «ультратонкие» есть в названии еще одних часов, самой знаменитой модели Jaeger-LeCoultre — Grande Reverso Ultra Thin 1931. Кроме того что Reverso — вообще лучшие прямоугольные часы, простые и благородные, у этих есть еще несколько достоинств. Во-первых, это прекрасный винтажный циферблат по мотивам исторической модели. Во-вторых, второй ремешок из кордована (особой конской кожи), сделанный на мануфактуре Casa Fagliano основанной в 1892 году в Буэнос-Айресе и с тех пор выпускающей лучшие на свете ботинки для игры в поло, которые у них заказывают, например, Виндзоры. И в-третьих, цветосочетание: розового золота, из которого сделаны корпус и застежка, ремешка цвета порошка какао и циферблата цвета молочного шоколада — выглядит пленительно. И на руке эти Reverso сидят прекрасно — их толщина всего 7,3 мм..

Еще один важный игрок среди супертонких — главная мужская премьера Van Cleef & Arpels и одни из самых совершенных часов SIHH-2014, Pierre Arpels Heure d’ici & Heure d’ailleurs. Их сделали выдающийся часовщик — автор главных хитов серии Complications Poetiques Жан-Марк Видеррешт и его ателье Agenhor. Это часы со вторым часовым поясом, отсюда и название — «Время здесь и время там». Двойной прыгающий час (часы «здесь» и «где-то там»), чьи показания меняются одновременно, ретроградная минутная стрелка. Но главное, это настоящий шедевр ничем не замутненного классицизма, с лаковым циферблатом, изящным тиснением пике в его центре и каллиграфически выписанным названием. По словам Жан-Марка Видеррешта, чтобы добиться нужной тонкости, пришлось создать специальный механизм, ни один из имеющихся на рынке ультратонких калибров не подходил..

1

Усложнения для всех

Обычно на презентациях серьезные часовые журналисты вежливо скучают на женских коллекциях и оживляются на мужских. Потому что, конечно, все самое интересное с точки зрения часового искусства, то есть общей конструкции и усложнений, случается именно там. Но милый часовой сексизм состоит не только в этом — самое обидное, что весь крутой дизайн тоже достается мужчинам. А женщинам традиционно остаются бантики, цветочки, бабочки и прочие довольно консервативные штуки. Между тем носить серьезные мужские калибры стало модно — это делают все, от Дженнифер Энистон до героинь стритфэшн. В прошлом году мы уже писали, что наметился своего рода часовой унисекс, когда мужские марки показывают новые часы, на которые тут же начинают засматриваться девушки. И вполне предсказуемо женские часы с усложнениями сегодня стали одним из главных часовых трендов. Однако самые блестящие модели с великими усложнениями по-прежнему мужские..

Если прошлый год был годом Grand Complication, когда в одной модели собираются все великие усложнения: хронограф, вечный календарь и минутный репетир, и их показали сразу A. Lange & Sohne и Audemars Piguet, то в этом году все знаменитые дома решили сосредоточиться на отдельных усложнениях..

Это были репетиры, и прежде всего сверхтонкий (7,9 мм) минутный репетир с турбийоном и автоматическим подзаводом Master Ultra Thin Minute Repeater Flying Tourbillon в линии самых сложных часов Jaeger-LeCoultre — Hybris Mechanica. Конструкция этого репетира была особым образом усовершенствована: репетир обычно звонит часы, четверти и минуты, и если четвертей нет, возникает пауза. Тут же эта пауза практически отсутствует, и за часами плавно следуют минуты — и это те самые детали, на которых держится весь мир haute horlogerie. Прекрасный минутный репетир с большим указателем даты показала Parmigiani Fleurier — Toric Resonance 3. Сверх того это еще и замечательно красивый циферблат в стиле ар-деко. Дата тут в полночь меняется мгновенно, а не медленно переползает от одной цифры к другой..

1

A. Lange & Sohne Richard Lange Perpetual Calendar «Terraluna»»

Очень популярны в этом году хронографы, например Montblanc в линии самых сложных часов Villeret 1858 (их делают на знаменитой мануфактуре Minerva в Виллере, которая теперь принадлежит Montblanc) показал ExoTourbillon Rattrapante — со сплит-хронографом, вторым часовым поясом и указателем времени суток, а также специально разработанной модификацией турбийона. А знаменитая итальянская марка Panerai представила целую серию хронографов: в корпусе Radiomir 1940, отсылающем к историческим моделям 1940-х годов, стоит механизм мануфактуры Minerva, с которой Panerai сотрудничал еще в 1920-е. Из трех версий — в розовом, белом золоте и в платине — самые особенные, конечно, платиновые Radiomir 1940 Chronograph Platino. Не только из-за платинового корпуса и лимита 50 штук, но и потому, что на фоне циферблата цвета слоновой кости очень рафинированно выглядят золотистые часовые метки и стрелки — рядом с синими стрелками хронографа. Дизайн, как всегда у Panerai, получился блестящий..

Ну а Audemars Piguet в этот раз показал очень запоминающийся концепт Royal Oak Concept GMT Tourbillon, любопытный не столько своими усложнениями (мировое время и турбийон), сколько общим исполнением. Это были одни из самых высокотехнологичных часов SIHH: корпус из титана, безель, заводная головка и кнопка управления из белой керамики, а самое главное, из такой же белой керамики сделан верхний мост, вертикально прорисовывающий открытый циферблат. Все вместе создает космического вида часы будущего. Несмотря на сумасшедший дизайн, часы получились на удивление симметричными и вообще сбалансированными. И, безусловно, эффектными..

1

IWC любит показывать сразу масштабные обновленные коллекции, состоящие из всех возможных вариаций, от самых простых до самых сложных моделей, и в этом году пришла очередь Aquatimer, существующих с 1967 года. Теперь это коллекция дайверских часов, посвященная Галапагосам, в ней есть и вечный календарь (Aquatimer Perpetual Calendar Digital Date-Month, лимит 50 штук), и хронограф (Aquatimer Chronograph Edition «50 Years Science for Galapagos», лимит 500 штук). Последняя модель, посвященная 50-летнему юбилею исследовательской станции имени Чарльза Дарвина, — одни из лучших дайверских часов последнего времени. Корпус, заводная головка и кнопки этого хронографа покрыты матовым черным каучуком — это одновременно очень красиво, очень приятно тактильно и напоминает о вулканической черной лаве Галапагосов. И особая деталь — изумительный флуоресцентный голубой цвет покрытия стрелок и часовой разметки..

Дайверская тема вообще сегодня так популярна, что даже Cartier показал первые в своей истории часы для ныряльщиков — Calibre de Cartier Diver. Но все-таки самыми эффектными сложными часами Cartier стало еще одно создание Кароль Форестье-Кацапи и еще одно великое усложнение — вечный календарь Rotonde de Cartier Astrocalendaire. В нем применена совершенно новаторская система отображения вечного календаря, «амфитеатр» — концентрические ступени с цифрами (их отмечает движущееся синее окошко), спускающиеся к турбийону в самом центре..

Конечно, эти футуристические часы, как и все остальные, — мужские. Женские часы с усложнениями — это такая адаптированная сложность. Но если прогресс будет развиваться такими темпами и суперсложные часы будут становиться ультратонкими, то скоро их вообще не придется гендерно маркировать. И это только радует.         

Оглавление

Обращение к пользователям