Глава четвертая. Непонимание нарастает, хотя кое-кто уже одумался

Вот еще один понедельник пробежал без оглядки, за ним последуют недели и месяцы… Я вздохнула…

После окончания рабочего дня я стояла возле окна в конце коридора и наблюдала за двумя веселыми девочками в пестрых сарафанчиках, энергично обирающими цветы на длинной клумбе у входа. Макса все не было. Я пожала плечами: если случилось что-то серьезное, он, наверное, позвонил бы, а так… скорее всего просто забыл.

Обидно, да, но перезванивать не буду.

Я поправила завернувшиеся кружевные рюшки на блузке. Работа в институте приучила носить строгую академическую одежду, чтобы отличаться от студентов, которые были немногим младше. Мне деловые костюмы иногда напоминали рыцарские латы, так как, создавая образ строгой и серьезной учительницы, предохраняли от фамильярности со стороны не очень симпатичных людей. Наверное, это отлично срабатывало, потому что даже после трех месяцев пребывания на новом месте у меня не появилось ни одного человека, знакомого ближе, чем на уровне «здравствуйте».

–В Людмила Сергеевна, хорошо, что вы еще не ушли.В – Я вздрогнула. Неужели так задумалась, что не заметила, как директор вышел из кабинета?

Повернувшись к нему, холодно посмотрела прямо в лицо, ожидая пакости, которую он приготовил мне на сей раз.

–В Пойдемте, я подвезу вас. У меня дела в вашем районе, заодно и поговорим.В – Кирилл Борисович пошел к лестнице. Он уже уверен, что я соглашусь.

Поправив ручку сумки на плече, я уныло поплелась следом, убеждая себя, что надо быть благодарной, а не ворчать. Но ведь это Кирилл Борисович, от него нельзя ждать чего-то хорошего.

На ступенях у выхода сидели прежние девчушки и плели венок из оборванных с клумбы цветов. Там же стоял охранник, но делал вид, что все идет как надо. Наверное, малышкиВ – дочки кого-то из высокопоставленных сотрудников. Но эти девочки просто меня покорили. Та, что постарше, русая, с косичкой и в смешных босоножках с утятами, увидев меня, толкнула сестричку в плечо:

–В Она, давай скорее!

Младшая усиленно вязала длинную основу из разноцветных трофеев, собранных с клумбы. Там были пионы, лилии и какие-то неизвестные радужные цветы. Венок выйдет у девочек на загляденье.

Спускаясь на первую ступеньку, я услышала:

–В А это вам!

Младшая девочка в сарафанчике с нарисованными шариками разноцветного мороженого, с облаком рыжих, блестящих на солнце волос, протягивала мне огромный венок потрясающей красоты. Представив себя с такой великолепной диадемой на голове, я почувствовала себя чуть ли не королевой фей.

На такое душевное предложение просто невозможно ответить «да, спасибо» или «нет, спасибо». Я остановилась, повернувшись к щедрым девочкам.

–В Какая красота!В – выдохнула я, внимательно оглядывая венок.

–В Это вам,В – повторила старшая, склонив головку набок и с удовольствием наблюдая за моими попытками осознать, за что же мне такая честь.

Босс остановился, внимательно следя за нами. Рискуя в очередной раз вызвать его раздражение, я все же продолжила беседовать с девочками:

–В Девочки, я не могу взять такое чудо. Я такой потрясающей красоты даже никогда не видела…

–В Возьмите, мы же для вас плели,В – взмолились они в один голос, напряженно смотря на меня своими чудесными глазенками.

Для меня? Что за сказка о Золушке? В поисках объяснений я посмотрела на улыбающегося охранника, потом на недовольного и.о., уже стоявшего возле своего красного джипа.

Я этих малышек видела впервые… как обидно, что у меня в сумке только одна шоколадка.

–В Спасибо, солнышки, а это вам.В – Я вручила девочкам плитку белого воздушного шоколада в голубой обертке. Привычка носить с собой что-то вкусненькое иногда очень выручает.

Они, поблагодарив, убежали, а я, словно бусы, повесила на шею подарок,В – главное, не уронить ни цветочка,В – и подошла к шефу.

–В Простите, пожалуйста, Кирилл Борисович, мне так неловко… Я вас вновь задержала.

Он кивнул на заднее сиденье и сел за руль. Злится?

–В Людмила Сергеевна, и когда вы успеваете завести такие знакомства?В – ехидно начал он, заводя машину и чихая. Неужели, у него аллергия на цветы? Или ему просто не нравится запах моего «лаврового венка»? Тогда почему он молчит?

Сначала я хотела извиниться и объяснить, что видела рыженьких малышек впервые, но потом решила, что это его не касается. Тем более я не просила себя подвозить, так что не надо меня виноватой делать!

Повернувшись к начальнику, я вызвала целый всплеск волны цветочного аромата от моего ожерелья:

–В Вас смущают мои знакомства? Или вы решили, что я выведываю наши тайны для конкурентов?В – довольно саркастично спросила я, когда шеф поворачивал за угол.

–В Вы правильно меня поняли,В – съязвил и.о.В – Но я позвал вас с собой потому, что у меня к вам дело.

–В Слушаю,В – грустно вздохнула я. Вот так всегда. Сначала скажу, потом жалею, что получилось слишком грубо.

Машина миновала перекресток – мы неумолимо приближались к моему дому.

–В Когда вам давали квартиру, должны были сказать, что у нас есть фонд для сотрудников, что-то вроде кассы взаимопомощи. Вы знали об этом?

–В Нет, никогда не слышала, хотя, без сомнения, термин знакомый.В – Я задумалась, к чему он клонит. Может, какие-то взносы должна сделать?

В машине, стоявшей весь день под солнцем, было жарко, и недавно включенный кондиционер пока не спасал. От цветочного аромата становилось дурно. Я мягко стянула ожерелье с шеи, аккуратно свернув его в спираль.

–В Если в двух словах,В – продолжал он, не отрывая взгляда от дороги,В – то вы занимаете крупную сумму, например, на ремонт или обустройство квартиры, затем возвращаете небольшими частями. Без процентов.

–В Понятно, в рассрочку. Очень удобно,В – согласилась я, с тоской оглядывая залитый солнцем цветочный магазинчик. Жаль, что мне цветы дарят только маленькие девочки…

–В Что, совсем не интересно?В – Он был искренне удивлен. Интересно, почему такая забота? Я наконец ответила, повернувшись к боссу:

–В Нет. Я не хочу быть связана деньгами. Такой долг надолго привяжет меня к этому месту.

–В Так вы, Людмила Сергеевна, собираетесь увольняться?В – Кирилл Борисович недоуменно повернулся ко мне. Казалось, мое сообщение его совсем не обрадовало. Странно, почему? Он вроде этого усиленно добивался.

–В Пока нет, но я хочу, если это случится, чтобы здесь меня ничего не держало.

Он кивнул, вновь глядя на дорогу. И.о. директора вел машину с каменным выражением лица, и я даже не пыталась заговорить с ним.

Начался час пик, потому мы свернули за остановкой, чтобы объехать пробку и выбраться на узкую улочку, ведущую к моему дому. И тут невдалеке я заметила вчерашних полосатеньких собак, которые полукругом сидели под газетным ларьком и провожали нас напряженными взглядами. Не подумав, я вслух воскликнула:

–В Бред!

–В Мое предложение?В – сухо поинтересовался и.о..

–В Нет, конечно.В – Я повернула к нему удивленное лицо.В – Собаки. Мне показалось, что они за нами наблюдали. Звучит, как бред сумасшедшего.В – Я устало потерла пальцами глаза, понимая, что теперь к его неприязни прибавятся подозрения в моем здравомыслии.

Исподтишка оглядела шефа, но вряд ли его поразили мои слова. Он лишь равнодушно спросил:

–В Тех самых, которых встретили на днях?

–В Да.

А откуда он знает о встрече на днях? Неужели Макс с ним так тесно связан, что рассказывает моему шефу даже о мелочах? Ерунда какая, у него что, других дел нет, как обсуждать с Максом встреченных мною собак?

–В Они смотрели на нас.В – Он не спрашивал, а констатировал.

Я медленно и неуверенно кивнула:

–В Да-а.

–В Понятно.

Я все ждала, что он съязвит, но, наверное, Кирилл Борисович просто не успел, потому что уже притормозил у моего дома. Я, улыбаясь, взялась за дверную ручку:

–В Спасибо, что довезли, Кирилл Борисович, и что рассказали о фонде. Я вам очень благодарна!

–В Не за что, а насчет собак… они вам никого не напомнили?В – устало поинтересовался директор, дожидаясь, пока машина заглохнет.

–В В каком смысле?В – Я сейчас была ему очень благодарна за все. Поэтому вежливо уточнила:В – Когда увидела их впервые, псы показались странными, но в том месте было плохое освещение, к тому же я оставила очки на работе…

–В А сейчас?В – совершенно серьезный вопрос. Я поразилась, почему его это так волнует?

–В А сейчас они мне напомнили полосатых гиен, но сами понимаете, это абсурд. Откуда в городе гиены? Сначала, заметив их при свете дня, я подумала, что ошиблась, но много ли здесь странных короткохвостых собак, бегающих сразу по три?

–В Нет, думаю, немного. Так что будьте осторожны.

–В Спасибо, постараюсь, но, по-моему, они дружелюбные и ласковые,В – улыбнулась я наконец.

Интересно, почему мы все еще разговариваем на эту тему…

Машина наконец заглохла. Кирилл Борисович нахмурился, вытащил ключ и добавил:

–В Людмила Сергеевна, вы уже взрослая, но до сих пор наивно считаете, что плохое происходит только с другими?В – Выказав недовольство таким образом, он открыл дверь, собираясь выйти следом за мной.

Значит, он считает меня глупой старушкой… Я тут же пожалела о своем порыве дружелюбия и холодно парировала:

–В Конечно, спасибо за заботу, но, кажется, я не просила у вас совета, Кирилл Борисович.

–В Я и не давал его, вот только провожу вас до подъезда, и все.

Я сухо кивнула и постаралась спрятать обиду за безразличием. Не понимаю, почему он обратил внимание на случайно встреченных дворняжек. О «советах» вообще молчу. Постепенно я решила, что оба мы вновь вели себя глупо.

–В Спасибо,В – равнодушно поблагодарила я, когда мы дошли до подъезда.

Он потер указательным пальцем свой гладко выбритый подбородок:

–В Не за что. Помните про собак.

Я не согласилась, но виду не подала. Я их гладила, а он судит обо всем только по разговору с Максом.

Макс… предатель. Не позвонил и не появился. Если обижен, зачем тогда приглашал? Тоже мне, вечный подросток!

Дома, подложив под спину сразу три подушки, я развалилась на диване с шоколадкой и чашечкой кофе.

Жара сменилась уютным теплом. Но гулять вечером в одиночестве еще хуже, чем сидеть дома. Открыв дверь, я вышла на балкон. Потягивала кофе и наблюдала, как внизу люди ходят, общаются, смеются. А я не знала, хочется мне присоединиться к этому живому потоку или только наблюдать за ним сверху…

* * *

На следующий день Роман Николаевич заглянул в мой кабинет и скороговоркой сказал:

–В Людмила, я только предупредить, что вас ждет Кирилл Борисович. Он сказал, что говорил вам об этой беседе, и насчет поставщиков…

–В Хорошо,В – проговорила я, поливая герань.

День выдался жарким, солнечным. Земля быстро высыхала, и ни о чем, кроме пляжа и легкого морского бриза, думать не хотелось. А ведь в офисе исправно работали кондиционеры!

Отставив на край подоконника кружку, я привычно зачесала волосы в традиционный хвост и подкрасила губы бледной помадой. Когда я чувствую, что хорошо выгляжу, мне легче принять бой.

Оказывается, исполняющий обязанности вызвал, чтобы я незаметно для всех выяснила, кто отправил злополучное письмо поставщикам. Ему это сделать было проще всего самому, но вот решил все выполнить тихо и моими руками.

–В Кирилл Борисович, я все понимаю и, конечно, этим займусь, но с чего вдруг ко мне такое доверие? Сначала тайные списки, теперь вот поиск автора провокации… Я ведь здесь мало кого знаю,В – спросила я, со сдержанной улыбкой взглянув шефу в глаза.

Директор честно ответил и, конечно, не обошелся без щелчка:

–В Людмила Сергеевна, вот именно, вы здесь чужая, поэтому никому дела нет, что вы ищете.

–В Спасибо. Это самый откровенный ответ из всех, что я когда-либо слышала.

Как я могла подумать, что мы с ним можем быть в нормальных отношениях! Он равнодушен, циничен и жесток; уВ него крутой, опасный нрав, и, кроме того, совершенно очевидно, что он неуравновешенный тип. Одна драка в холле чего стоит!

Это жутко нервировало, и, кажется, не только меня. И.о. тут же продолжил:

–В Вы спросили, я вам ответил, что еще?

Все, что я хотела ему сказать, походило бы на истерику обиженного ребенка, и я, вздохнув, вежливо ответила:

–В Спасибо, я это высоко оценила. Вы еще хотели мне что-то сообщить?

–В Да, я хочу поставить вас в известность, что все надо делать скрытно. Если коротко… саботаж продолжается.

–В Вот как?В – Я позволила себе выразить удивление.

–В Только что отказалась выполнять работы еще одна бригада, это уже второй случай с начала лета,В – устало сообщил он. В его усталости сквозила некая беспомощность, мне даже стало его жалко.

–В Такой отказ большая редкость?

–В В нашем случае да. Но давайте вернемся к письму…

Я кивнула. Он принялся давать советы, с чего начать поиск. Показал толстую тетрадь с поста охраны, в которой зафиксировано присутствие всех сотрудников в каждый рабочий день, предложил использовать видеозаписи… Рассказать об этом поручении мне позволили только Нику, но только в крайнем случае.

Громко постучали, и в кабинет ввалился солидно выглядящий мужчина средних лет в отглаженном костюме, который без приглашения уселся за стол. Вероятно, хороший знакомый шефа.

–В Я насчет привлечения работников со стороны,В – сказал он, не поздоровавшись.

–В Я помню.В – Коротко кивнув, Кирилл Борисович уставился на монитор, будто все это время не беседовал со мной, а изучал какой-то документ.

–В Еще у меня дела личного характера. Лис… Сергей меня к тебе послал, сказал, что по старой памяти поможешь.

Несмотря на отличный костюм и близость к начальству, мужичок явно не обременял себя вежливостью.

–В Что случилось, ты расскажешь позже… а пока что с новыми бригадами?

–В Я быстро,В – настойчиво начал посетитель, резко хлопнув ладонью по столу.В – В общем, ушла жена, надо найти… а бригады подыскивает Сергей.

Мужичок скривился и принялся жаловаться:

–В Эта стерва мне вот…В – Он ребром ладони показал на горло.В – Сидела дома, не работала, ребенок типа маленький. В общем, на шею села и ножки свесила, а когда я ей сказал, что ничего не делает, она обиделась и ушла. А что она делает? Машинки и посуду моют и стирают, сиди себе с мальцом и телевизор смотри… Устает она… от сериалов? Малому скоро полтора, уже болтает, и за все это время ни одной пеленки не постирала, как наши матери, бумажный подгузник напялила, и вперед!

Я наблюдала, как этот в принципе симпатичный внешне мужчина обливает грязью жену, как Кирилл Борисович выслушивает его жалобы, по-мужски своих чувств не выражая, но, вероятно, даже сочувствуя.

Мужчина, который оскорбляет жену, не стоит уважения. Это не мужчина, а так… глупая пародия. Я с отвращением взглянула на него и отвернулась.

Видимо, мне не удалось скрыть своего презрения, так как мужик повернулся и смерил меня неприязненным взглядом. На что я отреагировала:

–В Вы считаете, что воспитывать ребенка, содержать дом в чистоте и прислуживать уставшему после работы мужу, не работа?В – спросила я сухо.

–В Конечно нет! У нее машинки стирают, моют посуду, пылесосят…

–В И домашние обеды готовит машинка? И, конечно, за вещами следит, и утюг сам гладит.В – Я хоть и говорила уверено, но уже очень жалела, что влезла в этот спор.

И с чего меня опять понесло?

Но я не раз видела подобное хамство, и меня возмущало такое потребительское отношение. Пусть благодаря машинкам женщина меньше работает, но и современные мужчины тоже не топорами машут.

Конечно, такому хочется, чтобы жена приносила зарплату, а еще смотрела за детьми и домом, заодно ухаживала за мужем, чтобы тому легче жилось. Тогда вопрос: а зачем нужен муж, если на него нельзя положиться? Если жена с маленьким ребенком будет все делать сама?

Потребитель, надменно измерив меня взглядом, выплюнул:

–В А кто это тут рот открывает?

Ну вот, пошли доводы из серии: мне тебе сказать нечего, значит, ты дурак.

Я, сжав губы, замолчала. Что такому докажешь?

–В Эрнан, заткнись! Еще слово в подобном тоне…В – Директор резко поднялся из-за стола, сверкая на посетителя злыми глазами.

Тот замолчал, но, выходя из кабинета, не скрывая негодования, прорычал тихо:

–В Натащили тут всяких…

Я искренне сказала:

–В Не ожидала. Спасибо, что вступились.

За что получила:

–В Какое ваше дело? Вас это совершенно не касалось.В – Я и сама так думала, но выслушивать этого не хотела.

–В Да, вы абсолютно правы. Я пойду?В – внезапно предложила я, спрятав обиду. Я очень старалась выглядеть безучастной. Ругаться с ним? Зачем? Он прав – сама сглупила, и потому было еще досадней.

И.о. кивнул, я вышла. Хорошо, что этот день закончился, я поспешила выскочить из здания и умчаться от того, кто исполнял тут роль хозяина.

* * *

Мне нужно успокоиться. Ноги сами привели меня к кафе. Тут хорошо сидеть за дальним столиком, пить кофе, вдыхая ароматы и слушая музыку.

Разозлившись на себя за откровенную глупость, я печально обдумывала произошедшее. Ну и пусть! Да, я так думаю, и если бы это случилось вновь, я бы повторила свои слова в еще более резкой форме. Всяким глупцам можно поливать грязью близких, а я не могу даже сказать: «Заткнись! Она мать твоего ребенка, и ты ее, в конце концов, сам выбирал!» Хотя подобные типы, с кем бы ни жили, всегда находили способ мучить и позорить своих близких. К сожалению, от пола это не зависело, я встречала таких женщин…

Теперь я стала ругать себя, что придаю слишком много значения своим словам. Не девочка уже, как мне любезно напомнил директор, предупреждая о собаках. Надо чаще себе твердить, что я взрослая, самостоятельная женщина, принимающая решения.

Поужинав, я решила отправиться домой. Настроение улучшилось, особенно при мысли, как я потом вежливо посоветую директору самому искать виновных. Скажу ему: «Нет, это не входит в круг моих обязанностей», а там, глядишь, и…

Ох, опять эти мои крайности. Вечная любовь к самокопанию, как говорит Юлька. И Даша, как мне нужна Даша, она рассуждает трезво и все расставит по своим местам.

Поднимаясь из-за столика, я столкнулась с этим самым Кириллом Борисовичем.

* * *

С утра я поехал в соседний город к Максу-старшему, захватив с собой Никиту, который там учился, как он выражался, на «надежду нации», то есть в художественном училище. Скромный наш. Это Тео распустил молодежь так, что они себя в двадцать лет классиками мнят. При жизни, угу.

Мне надо было сосредоточиться и обдумать свои дела. А Никитка болтал не умолкая.

–В Тихо!В – властно сказал я.

Олень насторожился, испуганно осматриваясь, затем обиженно выдохнул:

–В Дурак ты, волчара, и шутки у тебя дурацкие.

–В Э-э-э, полегче с вожаком! И вообще… нельзя так со мной разговаривать.

–В Ага, скажи еще, полегче с хищником,В – нахально усмехнулся олененок.

–В Ладно, уел, мелюзга,В – усмехнулся я. Вот балабол, отвлекал меня всю дорогу, и я не придумал, как лучше до Макса добраться.

–В Говорят, волк-одиночка наконец нашел себе пару? На пляже?В – нахально улыбаясь, спросил молокосос.

–В У нас ничего нельзя сохранить в тайне,В – делано возмутился я, протягивая Никите пакет с фисташками.В – И не сори в машине, рогатый, а то драить заставлю…

Я высадил парнишку у вокзала и поехал в район элитных особняков.

В доме Макса-старшего даже охраны не было, так что я вошел свободно. Сам Макс напоминал сейчас амебу: мятый, опухший, истасканный, опустивший донельзя. И как с таким разговаривать? А я приехал в надежде, что он осадит своих гиен, пока я не вмешался.

–В А, помощничек вожака пожаловал, ну входи, входи… Нравится?В – злорадно закудахтал Макс, похлопывая себя по бедру. И не поверишь, что у них с Максом-младшим одна кровь.

Я нехотя шагнул в замызганную комнату.

Когда-то это помещение служило хозяевам дома столовой. Прямоугольный зал сообщался через арку с гостиной и через окошкоВ – с кухней. Но сейчас здесь не пойми что, а от величественной столовой остался когда-то великолепный дубовый, а сейчас просто громадный обшарпанный стол.

Беда… Кого этот приструнить сможет? Потому полосатые и обнаглели…

Черт, еще и Люда рядом со мной засветилась, они ее теперь в покое не оставят. Надо Никитку и прочих нехищных предупредить, что стая Макса, по сути, без контроля.

–В Нравится?!В – взвизгнул Макс. Руки его тряслись, глаза слезились, я бы его даже пожалел, если бы слишком хорошо не помнил всех, кто погиб по его милости.

–В Не истери, Макс! Нет, не нравится. И хватит ныть! Собирай стаю и живи, как раньше. Не трать силы на жалость к себе.

–В Тебе легко говорить, ни с кем не дрался… Тебе стаю ни за что, по дружбе подарили.

Я дальше слушать не стал, развернулся и вышел.

Как же этих визгунов приструнить и куда пристроить стаю гиен? И Тео выдергивать не хочется, он заслужил отпуск. Опять мне возиться.

Я вошел в свой кабинет, большую светлую комнату с двумя огромными окнами. Одно из них выходило на сосновую аллею, из другого можно было обозревать огромный особняк вожака клана.

Захотелось придушить Тео. «Тут все работает как часы, ты только следи!» Ага. Пока все только взрывается! Видно, не руководитель я. Начальник охраны, командир отряда бойцов, техник… Но не руководитель. Как меня все достало…

Сейчас этого урода, лисьего посланца, чуть не убил голыми руками, и Люде ни за что попало. Хотя ее возмущение было справедливым, но все равно не стоило давать волю гневу. А ведь этому гаду, Эрнану, я и руки не подам!

Я совсем не на нее разозлился, ей с этими рыжими мстительными шавками не стоило связываться. А она обратила внимание этого… тьфу, на себя.

Чуть позже я все высказал Эрнану и приказал не приближаться к семье, пока я не выясню, что он такого натворил, из-за чего жена с маленьким ребенком сбежала из дому.

И чего я добился, обидев Людмилу? Отдал ее собственноручно Максу-младшему – напугал и сделал все, чтобы она сбежала. Вот так, сначала делаю, потом расхлебываю. Захотелось самому себе набить морду.

Я тяжело поднялся и пошел ее искать.

* * *

Я уставилась на Кирилла Борисовича, потом засмеялась. Это было слишком нелепо, даже чересчур! Моя психика уходит в отпуск!

–В Кирилл Борисович, опять вы?В – прозвучало как «Да за что мне это?».

–В Я извиниться,В – очень мягко сказал он.В – Давайте, я вас провожу или поужинаем здесь.

–В Как вы меня нашли? Или попали сюда случайно?В – сквозь зубы выдавила я, пальцами стискивая сумку, словно чью-то шею.

–В Как я только разобрался с Эрнаном, кинулся искать вас.

Эрнан? Разобрался? О чем это он? Опять дрался? Боже…

Воцарившееся молчание было самым… громким, которое я когда-либо слышала. Мне не хотелось смотреть на него, не то что обсуждать случившееся.

Нелепость ситуации нарастала, наконец шеф сказал:

–В Я не знаю, из-за чего, но с вами я себя не узнаю. Постоянно веду себя как… как не знаю кто. Обычно я не так груб, как сегодня.

–В Только не говорите, что обычно вы еще грубее,В – с досадой отметила я.В – Потому что вы именно еще грубее. Со мной, по крайней мере.

–В Зовите меня на «ты».В – Он устало опустил взгляд. Действительно неловко, или раздражается, что не сразу простила? Нет. Я и знать и жалеть никого не хочу.

–В Честно говоря, мне не нужно ни ваших извинений, ни вашего общества, ни вашего фамильярного «ты».

–В Что я могу сделать, чтобы вы меня…В – начал было он. Я немедленно перебила, догадавшись, что он скажет:

–В Исчезнуть.

–В Заслужил,В – выдохнул он и отвернулся.

–В Несомненно. Но я одного не понимаю,В – с горечью сказала я.В – Ваши нелестные намеки на мою деловую несостоятельность, даже на предательство… Почему? Чего вы добивались?

Слезы появились сами, и как я ни старалась их скрыть, они упрямо текли, оставляя горячие дорожки.

Меньше всего желая демонстрировать свою слабость, я прошмыгнула мимо Кирилла Борисовича и устремилась к аллее. Он догнал меня и мягко схватил за плечи, пытаясь остановить.

Я гневно вырвалась. Одному богу известно, откуда у меня взялись силы поднять голову и посмотреть ему в глаза.

–В По-вашему, я жду извинений? Разве я просила об этом? Я признала, что не права.В – Дыхания не хватило. Я замолчала, отвернулась и направилась в сторону небольшой компании молодых мам с колясками.

–В Беда не в том, что влезла, а в том, что он гад и так этого не оставит… а я не могу быть все время рядом,В – спокойно пояснил Кирилл.

–В Вы что, все тут ненормальные?В – Я обернулась и резко остановилась так, что случайно попала в его захват. Ну не могу я назвать это объятиями!

–В Да, почти все,В – серьезно ответил он, не опуская рук.

–В Издеваетесь?В – Я сузила глаза, чувствуя, как во мне закипает гнев.

Так и стукнула бы…И на душе бы сразу та-а-к полегчало. «Ненавистный мужчина. Ненавистный, насмехающийся, отвратительный человек!»В – про себя простонала я, сильнее сжимая кулаки.

Он покачал головой.

–В Все еще хуже, чем выглядит,В – скучным голосом предупредил он.

Это что, он пугает или глупо шутит? Я так же сухо спросила, не понимая, что он вообще имеет в виду:

–В В смысле? Он мстительный психопат?

Кирилл улыбнулся, сунув руку в карман элегантных брюк:

–В Более точного определения я не слышал.

Его лицо сразу изменилось. Как сильно его меняет улыбка, такая редкая, когда он рядом со мной…

Ладно, он психопат,В – неприятную тему следовало закрыть, и я спросила о расследовании:

–В А что с тем письмом?

Кирилл Борисович заложил руки за спину, приноровился к моему мелкому шагу и доверительно сообщил:

–В Там ведь не только письмо… Как вы сразу сказали, на самом деле это натуральный саботаж.

–В Мне тоже так показалось,В – вздохнула я.

Он кивнул и сообщил:

–В Кроме письма и нежелания бригад работать я столкнулся с отказом подрядчиков. Это в разгар строительного сезона!

–В Случайность?В – деловым тоном уточнила я.

–В Нет, это не случайность,В – усмехнулся Кирилл Борисович.В – Наши прорабы с горячих участков одновременно уволились.

–В Так что, работать некому?В – удивилась я.

–В Вот именно.

Я замерла на месте:

–В Это не все?

–В Нет, не все. Подрядчики, изготавливающие окна, нарушили графики выполнения работ.

Я покачала головой и пошла рядом с ним. Беседуя, мы приблизились к высоткам, и тут прямо на нас выскочила машина. Кирилл, схватив меня за плечи, отпрыгнул на газон. Мы помолчали, наблюдая, как серый паркетник, нарушая все правила, промчался мимо.

Ничего себе скорость! Это можно сказать как о Кирилле, так и о машине.

Я выразительно посмотрела на руки, продолжавшие лежать на моих плечах. Он, нахмурившись, сунул их обратно в карманы.

Надо хоть поблагодарить…

–В Спасибо. Похоже, спасать меня уже становится вашей привычкой,В – выдохнула я, пытаясь изобразить улыбку. Внезапно обрушились усталость и апатия, ноги подкосились. Хотелось сесть прямо здесь на газонную траву и никого не видеть.

–В Все же провожу вас,В – сказал Кирилл Борисович.

Спорить сил не было, и я кивнула. Он галантно предложил мне руку, но я невольно поморщилась и отдернула свою, чуть ли не по-детски спрятав ее за спину.

Вечером, чувствуя себя выжатым лимоном, решила не думать о прошедшем, а по-скарлеттовски отложить размышления на утро. Пусть все эмоции утихнут, а там посмотрим. А пока, беспокоясь за пропавшего Макса, я позвонила на его номер, но никто не ответил. Что же с ним произошло?

Медленно подошла к окну. Как узнать, все ли у него в порядке, если я понятия не имею, где он живет и работает? Вернее, он говорил, но я почти не знаю город и все тогда прослушала.

Во дворе никого не было, ни детей, ни… товарищей постарше. Я посмотрела на электронные часы – ну да, время за полночь. Никого.

Никого?

Фонари тенями нарисовали силуэт. Мужской. Кто-то стоял, прислонившись к высокому дереву, и казалось, будто неизвестный прятался.

Я выключила свет и вновь посмотрела в окно.

Да, мужчина стоял, явно надеясь, что его скроют ветки дерева, и совсем позабыв о фонарях перед домом. Значит, это мне не пригрезилось. И похож он на нашего исполняющего обязанности…

Он теперь везде мерещиться будет? Ничего себе, уже с ума схожу. Я грустно усмехнулась. Но был ли он, то есть неизвестный, действительно Кириллом Борисовичем? Если да, то он, наверное, не в себе.

К чему эти глупые мысли?

Надо думать о том, что он вообще тут делает, а не о состоянии его разума печалиться.

Вновь незаметно выглянула, но силуэт исчез. Я еще раз внимательно осмотрела дворВ – площадка была совершенно пуста.

* * *

Утром к моему подъезду приблизился красный внедорожник Кирилла Борисовича. Сердце сильно заколотилось, а волосы чуть ли не встали дыбом. Откуда он здесь? Что еще задумал? Неужели это он караулил? Но зачем?

–В Садитесь, Людмила.В – Одернуть его, что обратился без отчества, или нет? Тут мне стало стыдно. Как я мелочна! Скоро гроссбух заведу, чтобы обиды записывать.

–В Спасибо, Кирилл Борисович.В – Я вежливо кивнула.

–В Кевин, пожалуйста.В – Он улыбнулся и посмотрел на дорогу. Вот как умеет мило беседовать, а я не знала. Точно, что-то от меня надо. Интересно, почему Кевин, а не Кирилл, вроде уже не подросток, чтобы имя на иностранный манер переделывать.

–В Не могу по имени, субординация не позволяет,В – усмехнулась я, устроившись на сиденье.

Спрашивать, он тут ночью ходил или нет, я не буду. После темы о собаках он точно решит, что я не в себе.

–В Позвольте узнать, как вы здесь оказались, Кирилл Борисович?

–В Вас ждал.В – Он легкомысленно пожал плечами и взглянул на часы, встроенные в панель приборов.

Вот как… а зачем ждал? Я медленно повернулась в его сторону и картинно удивилась, распахнув глаза. Надеюсь, это выглядело саркастично, а не, упаси боже, кокетливо.

Но долго мне вредничать не дали.

–В Это вам…В – Кевин положил мне на колени прозрачную коробочку с яркими тропическими цветами, забыла, как они называются. Вспомнила – орхидеи!

–В А-а…В – Я не знала, как реагировать, и взяла коробку с таким трепетом, будто в ней драгоценности.

Помню, у Герберта Уэллса был рассказ о цветке-убийце. Как он, злодей хлорофилловый, уничтожил профессора, которому его подарили. Высосал кровь.

Ладно, сообщать о своих грустных ассоциациях я благоразумно не стала, но, подняв на и.о. директора глаза, мягко сказала:

–В Очень красивые, спасибо. Но повода вроде не было?

–В Я вас обидел, примите вместе с извинениями.

Я улыбнулась и весело произнесла:

–В Вы меня напугали. Я подумала, ухаживаете.В – И действительно расслабилась после его слов, ведь, получив такой подарок, даже устрашилась, что… И думать не хочу!

–В Че-е-ерт, уже забыл, как это делается. Сто лет не ухаживал за дамами,В – сказал он, покачав головой.

Мы ехали в сторону офиса. Я отвернулась, разглядывая полную остановку народа.

Еще бы он не забыл, небось легкомысленные дамы сами вешались гроздьямиВ – здоровый, сильный, умный и на красном джипе. Ну прямо мечта гламурных и прочих милочек.

Поэтому я резко выдохнула:

–В Ничего, вспомните. Это как ездить на велосипеде.

–В Это ваше монаршее позволение ухаживать?В – поддел он.

Ага, зацепило!

–В Нет, сочувствие. Кстати, оно уже прошло, потому что, судя по заигрыванию, вы все уже прекрасно вспомнили.

–В Люда, вам не тяжело разговаривать таким вредным тоном?

–В Нет, в самый раз.В – Я изобразила ехидную улыбку.В – Увы, я не забыла, как едва попала на эту работу и вы накинулись на меня, обвиняя в предательстве и связи с врагами. И в дальнейшем сделали все от вас зависящее, чтобы мне жизнь сладкой не казалась. Так что не обессудьте, я не желаю вас видеть!

Взяв цветы, я принялась открывать дверь.

–В Так вот в чем дело! Но вы все же приняли мои извинения?В – Спрашивая, он улыбался.

Слишком много улыбок. Обаятельный тип, когда не злится.

–В Конечно, приняла, и спасибо за цветы.В – Я включила все свое обаяние. Пусть почувствует на себе, как сердца приличных женщин до аритмии доводить.

–В Вам нужно улыбаться как можно чаще,В – мягко, я бы сказала, нежно произнес Кевин и завел машину. Уезжая, он посигналил и снова улыбнулся.

Я ошеломленно посмотрела ему вслед. Что это все-таки было?

Оглавление

Обращение к пользователям