1918. Операция «Заговор послов»

В ноябре — декабре 1918 года в Москве заседал Верховный революционный трибунал: рассматривалось дело союзнических миссий в России.

На скамье подсудимых находилось шесть участников заговора против молодой Советской республики, возглавляемого британским послом Локкартом. Он и еще три активных участника с французской и американской стороны отсутствовали и находились за пределами России. В ходе предварительного расследования показаниями арестованных, свидетелей и неопровержимыми уликами была доказана преступная деятельность, которой занимались главы и сотрудники миссий, а также их агенты.

«Благие» намерения Антанты получили огласку и вызвали широкий общественный резонанс, далеко выходящий за пределы России. Судебное разбирательство подтвердило опору англо-франко-американской коалиции на представителей контрреволюционных сил внутри России, пособничество которых предусматривало шпионаж, подкуп и дезорганизацию Красной Армии, взрывы мостов и поджоги продовольственных складов… Все это с целью свержения новой власти в России. Имелось в виду даже убийство вождей революции. В приговоре говорилось:

«Попытка контрреволюционного переворота, будучи сопряженной с циничным нарушением элементарных требований международного права и использованием в преступных целях права экстерриториальности, возлагает всю тяжесть уголовной ответственности, прежде всего, на те капиталистические правительства, техническими исполнителями злой воли которых являлись подсудимые».

Двух человек приговорили к расстрелу, восемь — к пятилетнему заключению, четырех отсутствующих, в том числе посла Локкарта, объявили врагами трудящихся, подлежащих расстрелу при появлении их в пределах России.

Адвокаты, принимавшие участие в защите двух приговоренных к смертной казни, в прошении о помиловании (впоследствии их помиловали) упомянули фамилию Шмидхен. Они указывали, что он не привлечен к ответственности, хотя они считают его пособником британского посла.

В сохранившихся архивных делах и в открытой печати, затрагивающей «дело Локкарта», или, как его назвали на Западе, «дело трех послов», Шмидхен неизменно упоминается как «человек Локкарта». Было известно, что уже тогда комиссар дивизии латышских стрелков в своем обращении в ВЧК называл Шмидхена английским агентом.

Сообщник — и вне судебного разбирательства?! И лишь через полстолетия стало известно, что Шмидхен помогал разоблачить заговорщиков. Чтобы ввести в заблуждение их, он вынужден был прикидываться их соучастником. Под именем Шмидхена скрывалась смелая личность — Ян Буйкис. Он был участником Первой мировой войны — вначале солдатом, а затем подпоручиком — стал латышским стрелком на стороне революции.

Весной 1918 года Буйкис стал чекистом. Это был период, когда только формировалась военная коалиция западных держав против новой России, причем с опорой на Добровольческую армию белых генералов.

Руководство ВЧК, созданной в конце 1917 года для борьбы с контрреволюцией, вышло на след враждебного советской власти формирования и вскрыло его связи с иностранными державами. Чекисты перехватили письмо белогвардейского генерала Алексеева, который вместе с генералами Корниловым и Деникиным создавали Белую армию на Юге страны. Письмо было адресовано главе французской миссии в Киеве. Было известно, что эта миссия и ее представители в других городах Юга России занимались сбором информации о положении дел в этом регионе. Главной их задачей было отслеживание ситуации с Красной Армией.

Алексеев обращался к французскому генералу с просьбой помочь создать на юге плацдарм для наступления против Советского государства. Он просил военное снаряжение и предлагал направить в распоряжение белых генералов чехословацкий корпус из Сибири. Их целью было «начало решительной борьбы с большевизмом для восстановления порядка на территории России».

В ВЧК поступали сигналы о расширении белогвардейского заговора. Чекисты понимали: судя по всему, действует единая направляющая рука — имеется единый центр. Но в тот момент, весной 1918 года, это было пока только предположение. Нужно было узнать, куда ведут нити заговора, кто поддерживает заговорщиков морально и материально, определить направления главных ударов по противнику.

Обо всем этом говорил глава ВЧК Феликс Дзержинский с Яном Буйкисом, которому доверили внедриться в сеть заговорщиков: «Вам придется отправиться в Петроград. Надо влиться в контрреволюционные организации, найти нити, которые тянутся к иностранцам, и тех, кто ими управляет…». Срок давался две недели.

Советская власть стремилась восстановить страну, но ее планам противопоставлялись действия бывших офицеров и тех сил, которым помогали иноземные службы — дипломатические и специальные — из тех стран, которые еще недавно были союзниками России по антигерманской коалиции.

Ровно через месяц после Октябрьской революции Англия и Франция, с ведома и согласия США, заключили тайное соглашение о разделе сфер влияния в России: Франция бралась удушить советскую власть на Украине, в Крыму и в Бессарабии; Англия — на Дону, Кубани, Кавказе. Втайне готовился удар на Севере. Соглашение не осталось на бумаге: весной 1918 года американские войска высадились в Мурманске.

Опыт ВЧК, пусть и небольшой, убеждал: в стане противника нужно иметь своих людей, чтобы знать заранее об их замыслах, предвидеть развитие ситуации и упреждающим ударом вовремя разрушить их. Задание Буйкису как раз и являлось важным звеном в больших планах нарождающейся госбезопасности страны.

В легенде по проникновению в среду бывших офицеров царской армии, нелояльно настроенных к советской власти, было желание этих офицеров привлечь на сторону контрреволюции латышей, имевших опыт войны. Вся легенда была фактически сосредоточена в одной фразе: «Мы подпоручики царской армии, представляем организацию недовольных латышей». «Мы» — это Ян Буйкис и его друг детства Ян Строгис. В этой операции — Буйкис стал Шмидхеном, Строгис — Бредисом.

В Петрограде молодые чекисты оказались в «пестром» войске, состоявшем из разного рода авантюристов и проходимцев, разочаровавшихся лиц и неразобравшихся в ситуации с революцией. Чекисты искали подходы к идейным противникам и особенно к тем, кто был связан с иностранными государствами. В конце концов чекистам удалось проникнуть в военно-монархическую организацию. Во главе ее стояли кадровые офицеры старой армии, которые умели мыслить строго и логически, владея методом психологического воздействия.

После проверки латышам доверили сокровенные тайны организации: имеются склады с оружием, ориентируются на заграницу и ищут с ней связи, в Архангельске создана близкая по духу организация военных. Важнейшими сведениями для штаб-квартиры на Лубянке стали: питерские военные из числа бывших офицеров ведут поиск подобных организаций в других городах и намереваются свести их в единую организацию для борьбы с Советами.

Вновь раскрытую организацию взяли под свой контроль питерские чекисты. Они собирались внедриться в нее своими силами и от ее имени выйти на военных на Севере.

Чекисты-латыши получили из Москвы задание: проникнуть в латышский клуб, который одна из связанных с заграницей организаций намеревалась использовать в своих целях. Шаг за шагом чекистам удалось заинтересовать собой «новых друзей». Доверие к ним привело к контакту с представителями антисоветски настроенных чинов из Адмиралтейства. Начались деловые переговоры.

Удача сопутствовала Буйкису — он познакомился с Кроми, английским военным атташе, кадровым разведчиком. Кроми занимался петроградской контрреволюционной организацией, и именно он сколотил такую группу из русских военных моряков.

Из разных источников в руках чекистов оказалось достаточно косвенных доказательств того, что дипломатические представительства Англии, Франции и США стали штаб-квартирами контрреволюционных организаций. Однако чекисты еще не знали, что именно Локкарт стал средоточием внешней и внутренней контрреволюции и что он плетет паутину опасного заговора против Советской республики.

В мае в Вологде на совещании дипломатических представительств трех государств под руководством Локкарта был разработан план создания единого антибольшевистского фронта в европейской части России. План предусматривал использование чехословацкого корпуса в Поволжье с опорой на армии белых на юге, а на севере — использование войск уже высадившихся там союзников.

Локкарт посланцев Кроми принял. Дав ознакомиться с письмом своего коллеги из Питера французскому генконсулу, он наметил план использования латышей: с помощью Шмидхена и Бредиса подкупить латышских стрелков и с их помощью арестовать советское правительство.

Известно, что в таких серьезных организациях надежность участников играет первостепенную роль. Поэтому в обсуждении степени доверия к латышам приняли участие Локкарт, французский генконсул и доверенное лицо британского правительства Рейли. Взвесив все «за» и «против», в конце концов они пришли к выводу: латыши с ними искренни и на них можно положиться. Мнение Рейли о латышах имело главенствующее значение, как говорил в мемуарах Локкарт: «Девяносто девять процентов из ста он за использование Шмидхена и Бредиса в операции».

И все, для негласного контроля за поведением латышей в Москву приехал лично сам Рейли.

Так началась дуэль молодых советских разведчиков-контрразведчиков с матерыми профессионалами во главе с Локкартом. А это означало: психологическая борьба, мобилизация духовных сил, работа на уровне напряжения до предела нервов.

Локкарт провел с латышами три встречи: знакомство при доставке письма, затем беседа о конспиративности действий — одобрил предусмотрительность латышей, взявших себе псевдонимы, и наконец — задание. Но все это время шла психологическая обработка латышей: в России все созрело для взрыва. Поставлена задача: подкупом и шантажом поднять против советской власти латышские части, охраняющие Кремль и другие правительственные здания. Затем, с их помощью и при поддержке подпольных организаций из офицеров старой армии, свергнуть Советы. Главной и первой задачей Локкарт назвал арест и ликвидацию Ленина.

Тревожная информация ушла в ВЧК.

Для координации действий с американским генералом Пулем латыши получили задание выехать на север. Локкарт вручил им документы, по которым Шмидхен выступал в этом случае под своим именем:

«Британская миссия, Москва, 17 августа 1918 года.

Всем властям России.

Предъявитель сего, лейтенант Ян Буйкис из латышских стрелков, имеет важное поручение от Британской штаб-квартиры в России. Обеспечивайте ему свободный проход и оказывайте всемерное содействие.

Локкарт, британский агент в Москве».

Поручение и документы позволяли выявлять дислокацию северной группировки войск союзников-заговорщиков и принимать меры к противодействию интервенции.

Однако к 30 августа обстановка в стране накалилась и требовала принятия срочных мер. К этому времени чекисты получили сведения о том, что на 31 августа в Петрограде назначена тайная встреча Рейли с руководителями белогвардейского подполья, организатором которого был Кроми.

Операция по захвату заговорщиков началась.

Был арестован Локкарт, в Петрограде в перестрелке убили Кроми, Рейли исчез. В руки чекистов попали важные документы из британского посольства: коды, шифры, агентурные донесения, списки главарей различных формирований и агентуры, работавших на британскую разведку. Теперь чекисты располагали явками и адресами конспиративных квартир.

Локкарта обменяли на советского полпреда в Великобритании Литвинова, и потому британский посол-разведчик на скамью подсудимых не попал. Однако другие, не защищенные иммунитетом дипломатов, оказались там вместе со своими агентами из числа русских и иностранцев.

Расследование антисоветской деятельности дипломатов Великобритании, Франции и США, судебное разбирательство и приговор привели к ликвидации широкой сети контрреволюционного заговора. Случилось это благодаря тому, что чекисты Буйкис и Строгис за короткое время — с мая по август — проникли в планы заговорщиков и дезорганизовали усилия трех разведок. В жестокой схватке молодых сотрудников победило настойчивое желание быть выше профессионалов-разведчиков Запада, особенно в вопросах легендирования. Им удалось довести до сведения противника только то, что могло ввести его в заблуждение. Они заставили поверить западных специалистов в свою искренность.

Торжеством чекистского мастерства стало то, что опытный Локкарт и его не менее маститые в делах спецслужб коллеги-разведчики Кроми и Рейли поверили в легенды, разработанные в ВЧК и донесенные до них молодыми сотрудниками госбезопасности Советской России, которой на момент завершения операции не было еще и года. 

Оглавление

Обращение к пользователям