Глава 2

Деймон был рад возможности посидеть в машине одному и собраться с мыслями.

Он все еще не мог поверить в то, что согласился на совместное путешествие в машине с Беллой Шоу, хотя именно он и предложил это.

Он же клялся себе в том, что больше никогда близко не подойдет к ней!

Последние годы сделали его мудрее. Он столько всего повидал: горе, несчастье, болезни. Его держали под прицелом пистолета бессчетное количество раз…

И вдруг здесь, в городе, в котором он провел последние пять лет школьной жизни, в городе, стоящем посреди золотых пшеничных полей и грязных коровников, он подвергся опасности совершенно иного рода.

Непредвиденные ловушки.

Эмоциональные ловушки… в виде его милой престарелой бабушки Виолетты, единственного члена семьи, которая постоянно общалась с ним и была единственным человеком на земле, которого он самозабвенно любил.

И Беллы Шоу…

Белла со светлыми шелковыми волосами, огромными зелеными глазами и гибкой, какой-то воздушной фигуркой.

Издав тяжкий вздох, Деймон откинулся на спинку сиденья и потер ноющий лоб. Он очень хотел расслабиться, погрузиться в тишину и спокойствие деревенского пейзажа, наполненного жужжанием насекомых и отдаленным стрекотом сорок.

Последние десять лет Деймон провел в добровольном изгнании. Он работал журналистом в Сингапуре, был очень занят, постоянно учился, сталкивался с опасностью каждый день и мог сейчас поклясться, что Белла Шоу его больше не интересовала. Когда-то, в старших классах, он безумно влюбился в нее, это правда. Но теперь все забылось…

С тех пор у него было много женщин. Красивых, умных, грешных и опытных. И в каждой из них он находил что-то, достойное восхищения.

Сегодня он не был похож на того парня, который когда-то жил здесь. Деймон давно уже понял — больше всего его привлекает одиночество. Он был истинным наблюдателем, не желающим надолго задерживаться на одном месте. Мужчина без привязанностей. Мужчина, который не готов был преклонять колени ради слегка заметной улыбки одной-единственной девочки.

Деймон был уверен — возвращение сюда ничем ему не грозит. Все должно было пройти легко. Легко и просто. Белла собиралась выйти замуж за Кента Ригби.

Эти вечные слова: «Согласна». Золотое кольцо на безымянном пальце… Одна короткая свадебная церемония закрыла бы дверь в прошлое Деймона, избавила бы его от преследований призраков тех лет.

Ирония судьбы…

Вместо того чтобы закопать прошлое, он выкопал его собственными руками и превратил в настоящее. Белла все еще была одна, и он согласился провести с ней неопределенный отрезок времени в тесном контакте…

Черт возьми! Широко распахнув дверцу, он выпрыгнул из машины. Засунул руки в карманы и остановился на узкой пыльной дорожке, идущей вдоль забора фермы Блю-Гамс.

Почему они отменили свои свадебные планы? Что пошло не так? На холостяцкой вечеринке прошлым вечером он не заметил никаких признаков надвигающегося разрыва.

Черт!

Холостяцкая вечеринка… Он вел себя как последний идиот, выставил себя на посмешище. Подошел к Кенту, намереваясь поздравить счастливого жениха, а потом потерял над собой контроль и начал расспрашивать Кента о его правах на Беллу.

Вспоминая об этом сейчас, Деймон проревел так громко, что спугнул стаю зябликов с соседнего дерева. О чем он только думал тогда?

Он даже не мог обвинить в этом воздействие алкоголя. Напился Деймон позже, когда понял, как глупо вел себя. Он не видел ни Беллу, ни Кента на протяжении последних десяти лет и, конечно, не имел права расспрашивать Кента.

И все же он не смог скрыть своих сомнений. И пусть Кент был своим парнем, старым другом, и они с Беллой, казалось, словно предназначались друг другу, считались лучшей парой Виллары, но все же, все же…

Разве Белла была бы счастлива в качестве жены фермера? Деймон не мог забыть, как она подшучивала над подобной перспективой.

«Лучше застрели меня сейчас!» — обычно отвечала она тем, кто предполагал, что она сможет остаться в Вилларе до конца жизни.

— Деймон!

Голос Беллы заставил его повернуться. Она стояла у главных ворот, держа в руках небольшую дорожную сумку. Белла снова была готова запрыгнуть в его машину, может быть, не так спонтанно, как она сделала это много лет назад…

Теперь она была мудрее. Мудрее и последовательнее. Впрочем, как и он.

— Я готова ехать! — крикнула она.

И Деймону стало страшно.

Белла успела переодеться в повседневную одежду: старые, слегка потрепанные джинсы, хлопковую рубашку с длинными рукавами, идеально подходящую для солнечной погоды, и кроссовки. На ее лице не было макияжа, только блеск для губ. Волосы собраны в хвостик на затылке, который торчал из-под застежки бейсболки. Картину завершали солнечные очки, и, судя по всему, она была настроена совершенно серьезно. Никакого флирта!

И самое щекотливое в данной ситуации то, что именно ей необходимо помнить об этом. Ей, а не Деймону! Она знала — не было никакого шанса, что он вдруг начнет заигрывать с ней. Единственной его целью было поскорее найти их бабушку и дедушку.

— Как твой отец? — спросил он, когда подошел к ней.

— Неплохо, спасибо.

— Как он отнесся к новости?

— Насчет свадьбы?

— Да.

Удивительно, но ее отец перенес известие об отмене свадьбы его дочери вполне нормально. Он заговорил об искрах пламени, которые сделали их с мамой совместную жизнь в браке счастливой. И Белле стало интересно: догадался ли он, что именно отсутствие подобных искр стало причиной их с Кентом разрыва?

— Он заверил меня — с ним будет все в порядке, — сказала она. — Сейчас он сильнее озабочен побегом Пэдди. Но отец уверен: мы правильно поступаем, отправляясь на поиски. Да, кстати! Папа хотел бы с тобой повидаться, когда мы вернемся.

— Отлично, — сказал Деймон, сдержанно улыбнувшись. — Тогда в путь!

Солнце было уже высоко, и Белла подняла воротничок своей рубашки, чтобы защитить шею.

— Боишься обгореть? — У Деймона от природы была великолепная смуглая кожа, доставшаяся ему в наследство от отца-итальянца. Он нахмуренно посмотрел на нее. — Нам ведь не придется поднимать крышу машины?

— Пока все нормально.

Беллу риск обгореть на данный момент не очень волновал. Она только начала отходить от напряжения последних недель, связанного с предстоящей свадьбой, и некоторое количество солнечных лучей и свежего воздуха, наоборот, могло помочь ей поскорее развеять печали.

— Я думаю, нам стоит поехать вдоль побережья на Кингарой, — сказал Деймон, вытаскивая карту из бардачка. — Не предполагал, что она когда-нибудь мне пригодится. Но, наверное, так будет надежнее.

— Это на тебя совсем не похоже.

Деймон посмотрел на нее долгим холодным взглядом:

— Думаю, я изменился. — Он немного помолчал, а затем добавил: — А ты?

— Разумеется!

В последние годы привычка планировать все до мелочей стала частью ее жизни. Поэтому сама жизнь начинала надоедать до зубного скрежета.

— Я захватила с собой их фотографию. — Белла достала карточку из сумки. — Ее сделали на прошлое Рождество в доме престарелых. Мне немного неловко ее показывать — все мы одеты в дурацкие бумажные колпачки, но наши лица видно очень четко.

— Отличная идея. — В глазах Деймона появилось тепло, когда он увидел счастливую троицу, обнимающуюся около новогодней елки. — Не очень-то просто задавать вопросы, не привлекая подозрительного внимания к себе. Эта фотография сможет подтвердить, что ты хорошо знакома с Пэдди и Виолеттой.

Белле было до смешного приятно получить эту, пусть небольшую, порцию похвалы. Господи, где ей взять сил, чтобы успокоиться?

Деймон был по-деловому спокоен:

— Думаю, мы делаем все правильно. У работников дома престарелых есть наши телефонные номера. Если у них появятся новости, они сразу свяжутся с нами.

И он наконец завел машину.

Фактически против собственного желания Белла наблюдала за ним. Его руки всегда отличались силой и уверенностью. Когда-то она обожала наблюдать за тем, как Деймон делает этими руками совершенно ординарные вещи: ловит мяч, играет перочинным ножиком, меняет колеса на машине…

Мотор взревел, Белла сделала глубокий вдох, и они тронулись с места.

С самого начала Деймон делал все возможное, чтобы максимально сконцентрироваться на дороге и остаться равнодушным к присутствию Беллы на соседнем сиденье. Но он не мог заставить себя не обращать внимания на ее восхитительные руки, лежащие сейчас на коленках, — утонченные бледные руки ухаживающей за собой городской девушки. Ее ногти были покрашены серебристым лаком. Еще он заметил, что она периодически потирала кожу на безымянном пальце, в том месте, где недавно было обручальное кольцо…

О чем она думала? Какое чувство испытывала сейчас, когда свадьба отменилась? Ее сердце было разбито? Или она чувствовала облегчение?

Он не мог сказать наверняка. Конечно, это не его дело. Ему вообще надо немедленно перестать думать об этом. Надо было придумать тему для разговора, но единственная общая тема, которая связывала их, — их общие воспоминания, а по такому минному полю Деймон не был готов идти.

— А как себя чувствует твой отец? — внезапно спросила его Белла.

Деймон чуть не взревел. С его точки зрения, худшего начала для беседы невозможно было и придумать.

Посмотрев на его лицо, Белла сразу все поняла.

— С ним все так же трудно? — осторожно уточнила она.

— Нет. — Деймон напряженно смотрел за дорогой в лобовое стекло. — Мы просто продолжаем держаться подальше друг от друга.

Конечно, Белла прекрасно помнит нескончаемые войны, которые он вел со своим отцом-полицейским все те пять лет, пока находился в Вилларе. Последняя их ссора привела к отмене празднования восемнадцатилетия Деймона и к окончанию их школьного романа.

— Ты сделал все, чтобы не пересекаться с ним как можно дольше, — сказала она.

Деймон начинал злиться. Разговор об отце всегда гарантированно выводил его из себя.

— Мой отъезд из Австралии — это не просто побег.

— Уверен?

Он не мог ошибаться — в ее голосе прозвучали нотки критицизма. Но Деймон пока не готов был признать — Белла практически права.

— Я хотел посмотреть мир, — сказал он. — Хотел расширить свой кругозор, повидав максимально возможное количество стран, испытав все возможности.

— Звучит очень привлекательно.

В ее голосе он почувствовал тоску. Деймон посмотрел на нее, пытаясь уловить выражение ее лица, недоступное из-за больших солнцезащитных очков и козырька бейсболки.

Насколько сильно отличались последние десять лет ее жизни от того, как жил он? Пока он исполнял роль блудного сына, Белла была хорошей, преданной дочерью, оставаясь в Квинсленде и заботясь о болеющих родителях. Она пережила смерть матери, с которой была очень близка…

И он сказал то, что очень хотел сказать:

— Наверное, это прозвучит бестактно, но мне очень нравилась твоя мать. Она была замечательной!

Белла покачала головой:

— Это не бестактно. Это очень мило с твоей стороны. Такое нечасто услышишь. Многие избегают говорить о моей маме. Видимо, боятся расстроить меня. — Она повернулась к нему: — Маме ты очень нравился, Деймон.

— Пока я не совершил ошибку.

— Нет. Она была настоящей твоей поклонницей. Я тебе говорила, что она испекла для тебя торт?

— На мое восемнадцатилетие?

— Да, для вечеринки, которая так и не состоялась. — Почти сразу Белла опомнилась: — Прошу прощения. Забудь о том, что я сказала.

— Сказала что?

Подавив чувство досады из-за собственной оплошности, Белла улыбнулась. Деймон улыбнулся ей в ответ. На какую-то долю секунды обоим показалось, что былые времена подкрались опасно близко…

Они остановились, чтобы перекусить в придорожном кафе. Белле совсем не хотелось есть, поэтому она всего лишь надкусила поджаренные сэндвичи, в то время как Деймон с удовольствием подкрепился аппетитным гамбургером.

Когда они вновь оказались в машине, Белла вдруг почувствовала, как ее глаза закрываются. Она очень мало спала прошлой ночью — вертелась в кровати и не могла заснуть с того самого момента, как получила позднее сообщение от Кента о том, что им срочно надо поговорить. А утром с первым лучами солнца он постучал в дверь ее гостиничного номера…

Она громко зевнула.

— Не стесняйся. Ты можешь поспать, — сказал ей Деймон.

— О нет. Еще слишком рано. Если я сейчас засну, то не засну ночью. Давай лучше продолжим разговор.

— О чем?

— Ну я не знаю… Можешь рассказать мне о своих подружках.

— Здесь не о чем особо говорить, — пожал плечами Деймон.

— Не говори ерунды. Я читала о твоих похождениях в журнале. Разве ты не меняешь девушек как перчатки?

Неожиданно он ответил вопросом на вопрос:

— Полагаю, у тебя тоже было немало парней?

Ой-ой! У Беллы совершенно не было желания рассказывать Деймону Кавелло о своем печально ограниченном любовном опыте.

Она вздохнула:

— Видимо, мне придется объяснить тебе, почему мы с Кентом расстались. Почему приняли решение не вступать в брак.

Его руки вцепились в руль.

— Только если ты сама этого хочешь.

— Все нормально. В конце концов, вы с Кентом друзья. Но это очень долгая история.

— У нас много времени.

— Да. — Она вздохнула. — Ну… наши отношения начались, когда заболел мой отец…

— Тебе пришлось нелегко.

Она кивнула:

— После того как умерла мать, мы все были потеряны. Папа, Пэдди и я. Но твоя бабушка очень помогла Пэдди. Она сделала все возможное, чтобы утешить его.

Деймон улыбнулся:

— У нее талант поддерживать людей. Я рад, что она смогла помочь. Она говорила мне — твой отец очень переживал.

— Так оно и было. Он начал много пить, топить в алкоголе свои печали. На самом деле это было просто ужасно…

— Ты работала в то время в Брисбене, правильно я помню?

— Да, и я даже не представляла, насколько быстро мой отец может опуститься. Он совершенно забросил фермерское хозяйство. Не оплачивал счета. Как только я поняла, насколько все плохо, я стала приезжать домой каждые выходные, а Кент помогал мне на ферме. Чинил заборы. Вспахивал землю. Кент мне очень помог.

Деймон посмотрел на нее очень внимательно:

— Тогда вы и стали близки?

— Да. — Она отвернулась и затем мягко добавила: — Я не знаю, в курсе ли ты, но Кент всегда с большим уважением относился к моему отцу. Наверное, ты слышал — мой отец спас Кента, когда тот был ребенком и чуть не утонул. Кент считал, что он в неоплаченном долгу перед моим отцом. Он очень переживал, когда отец запил. Потом у отца обнаружили проблемы с сердцем. Он буквально убивал себя с помощью алкоголя.

— И Кент очень хотел помочь.

— Да.

— Женившись на тебе?

Настойчивость Деймона заставила Беллу вздрогнуть.

— Более или менее. — Она поежилась и потерла ладонями предплечья. — Кент предложил обручиться, и мне вдруг показалось — это решит все мои проблемы! Мы будем жить по соседству с отцом и всегда сможем присмотреть за ним, помочь с фермой…

— И еще подарить ему внуков, которые привнесут смысл в его жизнь.

— На это мы тоже надеялись…

Помедлив немного, Деймон учтиво заметил:

— Вполне надежный план. Не решаюсь спросить, что пошло не так?

«Господи, помоги!» Теперь Белле предстояла самая сложная часть объяснения.

Как она могла рассказать этому мужчине, который заставлял ее сердце биться с бешеной скоростью, о том, что им с Кентом не хватило искры и пламени страсти.

— Мы осознали, что благодарность — не лучший повод для вступления в брак, — тихо сказала она.

Умные серые глаза Деймона сузились.

— И это было обоюдно дружественное решение?

— Безусловно.

Внезапно Белла поняла — с нее достаточно! Она и так уже сказала Деймону гораздо больше того, что собиралась сказать.

— Я не собиралась давать тебе интервью, Деймон. Если ты не против, давай закроем эту тему. — Сказав это, она притворно зевнула и прикрыла глаза.

Деймон сосредоточился на дороге, и через некоторое время голова Беллы свесилась в сторону. Она задремала. Ее бейсболка упала с головы, открыв мягкие светло-пшеничные волосы. Одна прядка выбилась из хвостика и теперь мягко переливалась на солнце — как золотистый ручеек.

Белла дремала, а в его душе поднялся целый водоворот противоречивых чувств.

Деймон размышлял над историей, которую она только что ему рассказала. В голосе Беллы он не услышал и капли жалости к себе, но сам он считал — то, что она рассказала, очень грустно. Белла — любительница развлечений, секса и приключений, которой он ее помнил, — столкнулась с непосильным грузом ответственности, проблем и горя.

Если проанализировать тайный подтекст ее рассказа, все эти несчастья стали причиной того, что она решила принести себя в жертву, приговорив к замужеству без любви.

Деймон попытался сосредоточиться на сером асфальте бегущей впереди дороги и на ярко-голубом небосводе, простирающемся над линией горизонта. Он целенаправленно сконцентрировался на запахе сухой земли, смешанном с ароматом эвкалиптов, витавшим в свежем прозрачном воздухе.

Его всегда привлекал аромат странствий, и, если бы сейчас его голова не была занята беспокойными мыслями о Виолетте и Пэдди, он в полной мере наслаждался бы этим путешествием — каждым поворотом дороги, за которым скрывается новая возможность, новое приключение…

Деймон по натуре был цыганом, кочевником. А теперь он окончательно убедился — ему не стоило приезжать домой.

Оглавление

Обращение к пользователям