Тринадцать

Я думала, что уже утро, но ошиблась. Я думала, что в доме так тихо, потому что все проснулись и ушли. Но сейчас только шесть утра, и я вынужденно любуюсь приглушённым светом зари. Я достаю из кухонного шкафчика пакетик сырных палочек и включаю радио. В результате столкновения несколько человек просидели в своих автомобилях на М3. Они не могли сходить в туалет, а службы спасения привозили им пищу и воду. Пробка. Земля перенаселена. Член палаты общин от консервативной партии изменяет жене. В отеле найден труп… Всё равно, что слушать мультфильм. Я выключаю радио и достаю из холодильника шоколадное мороженое. От мороженого у меня слегка кружится голова, как от спиртного; я совсем замерзла. Я снимаю с вешалки пальто и слоняюсь по кухне, слушая листья, тени, еле слышное кружение пыли. Это меня чуть-чуть согревает. Семнадцать минут седьмого. Быть может, в саду меня ждет что-нибудь новенькое-дикий буйвол, космический корабль, холмы, усыпанные алыми розами. Я неторопливо открываю дверь черного хода,молясь, чтобы мир хоть чем-то меня удивил. Но все обыденно до оскомины- голые клумбы, сырая трава и низкие серые тучи. Я отправляю Зои сообщение из одного-единственного слова: НАРКОТИКИ! Она не отвечает. Она наверняка у Скотта-лежит, возбужденная и счастливая, в его объятиях. Они навестили меня в больнице: уселись на один стул, как будто уже поженились, а я это пропустила. Они принесли мне слив и факел с Хеллоуина. -Я помогаю Скотту в ларьке,-сообщает Зои. В голове у меня крутилось одно: до чего быстро пролетает октябрь и как успокоительно действует на Зои рука Скотта на ее плечах. С тех пор прошла неделя. Зои писала мне каждый день, но, видимо, мой список ее больше не интересует. А без нее я, похоже, буду просто стоять на ступеньках и наблюдать, как тучи то разойдутся, то затянут небо. По кухонному окну будет струиться дождь, и еще один день окончится ничем. И это жизнь? Неужели ничего другого не будет? В соседнем доме открывается и закрывается дверь. Раздается тяжелое чавканье ботиное по грязи. Я пересекаю лужайку и высовываю голову из-за забора: -Привет! Адам хватается за сердце, как будто у него из-за меня едва не случился приступ. -О Господи! Ты меня напугала! -Извини. Он одет не для работы в саду. На нем кожаная куртка и джинсы; в руках мотоциклетный шлем. -Ты куда-то собрался? -Ага. Мы смотрим на его мотоцикл. Он привязан у сарая. Мотоцикл серебристо-красный. Кажется, если его отвязать, он удерет. -Классный мотоцикл. Адам кивает: -Я его только-только починил. -А что случилось? -Он перевернулся и вилки прогнулись. Ты разбираешься в мотоциклах? Я подумываю, а не соврать ли, но я не в теме, и обман очень быстро выплывет наружу. -Не очень. Но мне всегда хотелось покататься. Адам бросает на меня странный взгляд. Я пытаюсь вспомнить, как я выгляжу. Вчера я была похожа на наркоманку:кожа начала желтеть. Вечером я надела серьги, чтобы как-то с этим справиться, но утром забыла взглянуть на себя в зеркало. За ночь могло произойти все что угодно. Под его пристальным взглядом мне становится неуютно. -Слушай,-начинает Адам. –Наверно, я должен тебе об этом сказать. По неловкости в голосе я понимаю, что за этим последует, и хочу ему помочь. -Да ладно, -перебиваю я. –У папы язык без костей. Теперь даже чужие люди смотрят на меня с жалостью. -Правда? –изумляется Адам. –Просто я давно тебя не видел и спросил у твоего брата, все ли в порядке. А он мне все рассказал. Я опускаю глаза, смотрю на клочок лужайки передо мной, на просвет между травой и изгородью. -Я решил, что у тебя диабет. Ну, после того, как ты упала в обморок. Мне и в голову не пришло… -Угу. -Прости. Когда он мне все рассказал, я очень переживал. -Ага. -Мне показалось, нужно сказать тебе, что я все знаю. -Спасибо. Наши слова звучат очень громко. Они переполняют мою голову и отдаются эхом в ушах. Наконец я говорю: -Узнав, что со мной, все обычно пугаются, как будто не могут в это поверить. –Адам кивает, словно ему это известно. –Но я же прямо сейчас не упаду замертво. Сначала надо выполнить все желания из списка. Я и не подозревала, что признаюсь ему. Я поражена. Его улыбка удивляет меня не меньше. -Что за желания? Я,конечно, не собираюсь рассказывать ему про Джейка и о том, как прыгнула в реку. -Ну,следующие в списке таблетки. -Таблетки? -Ага. И я имею в виду не аспирин. Он смеется: -Я так и понял. -Подруга обещала достать мне экстази. -Экстази? Лучше попробуй грибы. -От них же глюки, да? Я не хочу, чтобы за мной гонялись скелеты. -Нет, не глюки. Скорее что-то вроде снов. Не очень-то это утешает: сдается мне, мои сны не такие, как у других. Я оказываюсь в пустынных местах, из которых трудно выбраться. Просыпаюсь в жару, ужасно хочется пить. -Если хочешь, я принесу тебе грибов,-предлагает Адам. -Да ну? -Можно сегодня. -Сегодня? -А чего тянуть? -Я пообещала подруге, что без нее ничего делать не буду. Он поднимает бровь: -Неслабое обещание. Я отворачиваюсь и окидываю взглядом дом. Папа вот-вот встанет и усядется за компьютер. Кэл уйдет в школу. -Я позвоню и спрошу, сможет ли она прийти. Адам застегивает куртку: -Договорились. -А где ты их возьмешь? Уголки его губ медленно приподнимаются в улыбке. -Как-нибудь я тебя туда свожу на мотоцикле и все покажу. Улыбаясь, он пятится по дорожке. Я стою, завороженная его взглядом: в утреннем свете глаза Адама кажутся бледно-зелеными.

Оглавление